Пятница, 28.07.2017, 02:31
  Фарисеевка...аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидите в Царствие Небесноe...
Меню сайта
Оглашение
Доминик Бартелеми [11]
Бог и Его образ
Архим. Борис Холчев [4]
Беседы
К.-С. Льюис [10]
Кружной путь
Дан Ричардсон [2]
Вечность в их сердцах
Дороти Л. Сэйерс [16]
Человек, рождённый на Царство
Молитва фарисея [13]
Для тех, кто понимает, что не дорос до мытаревой
Дэвид Берсо [6]
История жизни Патрика, пробудившего Ирландию светом Евангелия.
Сегодня
Чтения от Библия-центр

Богослужебные указания
Голосование
Ваше отношение к межконфессиональному диалогу и сотрудничеству?
Всего ответов: 866
200
-->
Друзья сайта

Библиотека святоотеческой литературы

Marco Binetti. Теология, филология, латинский язык.







Библиотека Якова Кротова



Богословский клуб Эсхатос

Главная » Статьи » Оглашение » Дороти Л. Сэйерс

2. Царский глашатай

Действующие лица

Евангелист

Отец

Мать

Исаак, Мириам, их дети

Крестьянин с повозкой

Ханна

Иоанн Креститель

Иуда

Иисус

Иоанн бар-Зеведей (Иоанн Богослов)

Иаков, его брат

А н д р е й бар - Ион

С и м о н, его брат

Б а р у х, зелот

1-й левит

2-й левит

3-й левит

Т о в и й

Ездра

1-й иудей

2-й иудей

3-й иудей

Римский воин

Толпа

Замечания.

Мириам, лет 7.

Исаак, лет 5.

Ханна. Ей лет 40. Почтенная замужняя женщина, пообразованней, чем Мать и Отец, но ненамного. Весела и болтлива.

Иоанн Креститель. Ему чуть-чуть за 30. Голос у него резкий, сильный, как раз для открытых пространств или больших залов. Говорит быстро, пылко, грубо, движется резко и властно. В восторжении - как орел, в смирении и страхе - тоже как орел, только прирученный. Смиряя голос, говорит хрипло, а не мягко. У него нет юмора, нет и терпения.

Иисус, полная ему противоположность. Пламя и кротость мы увидим потом, не в этой пьесе, но голос у Него может всё. Когда Он описывает искушение, ученики видят то, о чём Он говорит. Поскольку сила у Него - врожденная, Он может и смеяться. Ему лет 30.

Иоанн Богослов, лет 25, не больше. Чувствительный, порывистый, умный - и разумом и сердцем. Его безоглядная преданность Иисусу - человеческое чувство, конечно, но никак не Schwarmerei [Энтузиазм, восторженность (нем.)]; он понимает чутьем, постигает сердцем (не разумом) что-то божественное. Из-за своей пылкости кажется очень молодым; над ним нетрудно смеяться. Иаков прав, смирение у него - истинное и прекрасное. Чуть-чуть заикается, словно язык не поспевает за чувством.

Иаков немного старше брата, привык его защищать. Зеведей, их отец, - выше по положению, чем Иона, отец Андрея и Симона; у него есть слуги, есть и знакомства в доме первосвященника.

Симон порывист, но в другом роде, чем Иоанн. Уверен в себе, довольно боек. Вообще-то он чуток и неглуп, но смирению будет учиться долго. Ему лет 28.

Андрей довольно осторожен, склонен к скепсису (может быть, потому, что долго жил вместе с братом). Весь он в словах: "У нас пять хлебов и пять рыбок - но что это для такой толпы?" Царство он мыслит скорее в политических терминах, чувствам не очень доверяет. Очень добр, покладист, воображения нет совершенно.

Иуда намного умнее других учеников и смел той смелостью, которая свойственна разуму, наделенному воображением. В отличие от прочих, понимает страшный парадокс, гласящий, что человеческое добро, обретя власть, немедленно портится. Пока что он еще не совсем это понял, но позже - поймёт вполне и, единственный из учеников, увидит, что распятие необходимо. Поскольку увидит он это умом, но никак не сердцем, падёт он гораздо ниже, чем могли бы пасть они. Именно он способней их всех к добру - а значит, и к злу. Он решил, когда придёт Иисус, взять все в свои руки и переходит от Иоанна к Иисусу, потому что думает: это время пришло. Ему - за 30; голос у него приятный, но какой-то холодный.

Сцена I

Иордан.

Е в а н г е л и с т. Когда Иисусу было лет тридцать, Ирод Антипа был четвертовластником в Галилее, а в Иудее, в пустыне, Иоанн Креститель проповедовал покаяние.

Г о л о с   И о а н н а   К р е с т и т е л я (вдалеке, всё тише). Покайтесь, приблизилось Царство... Оно при дверях... Покайтесь... Покайтесь... Покайтесь...

Волы тянут повозку.

К р е с т ь я н и н. Но, но!

Свист бича.

О т е ц. Эй, друг!

К р е с т ь я н и н. Здравствуй.

О т е ц. Здравствуй. Не подвезешь нас через брод?

К р е с т ь я н и н. Чего там, садитесь.

Повозка скрипит, останавливаясь.

М а т ь. Спасибо тебе. Ну, дети...

О т е ц. Вот сюда.

М а т ь. Осторожно, Мириам! О колесо не ударься.

К р е с т ь я н и н. Да стойте вы!

И с а а к. Мы идём смотреть пророка, который всех купает. Мама говорит, у него...

К р е с т ь я н и н. Ну, сели?

О т е ц. Сели.

К р е с т ь я н и н. Но-о-о!

О т е ц. Хорошие волы у тебя.

И с а а к (ликуя, нараспев). Мы идем смотреть пророка! Мы идем смотреть пророка! Мы идем...

М а т ь. Не шуми, миленький!

К р е с т ь я н и н. Какого пророка, сынок?

О т е ц. Иоанна, вот какого. Проповедует за рекой.

К р е с т ь я н и н. А! (Со значением). Ясно.

О т е ц. Что тебе ясно, друг?

Мириам (быстро). Он ходит в рубашке из верблюда, а ест саранчу и мед, да, мама?

К р е с т ь я н и н. Саранчу, если поджарить, она совсем ничего.

М и р и а м. И всех купает. Окунет - грехов и нету.

К р е с т ь я н и н. Ха!

И с а а к. Грехи уплывают по воде, как... ну, как... головастики. Черные такие...

М и р и а м. Что ты! Их не видно.

И с а а к. Видно.

М и р и а м. Невидно.

И с а а к. Видно.

М и р и а м. Нет!

О т е ц. Тише, дети!

И с а а к. Мама, правда, видно?

М а т ь. Нет, миленький. Ты прав, они черные, маленькие, но это - мысли у нас в сердце.

М и р и а м. А что я говорила, а что я говорила, а что...

М а т ь. Тише, душенька, не дразнись.

К р е с т ь я н и н. Но—о! (Свист кнута, плеск воды).

М и р и а м. Мы переходим через Иордан, как Иисус Навин в ковчеге.

И с а а к. Иордан-Иордан, дан-н-н, дан-н-н, Иордан...

М а т ь. Сиди тихо, миленький.

К р е с т ь я н и н. Пророк, значит... Да-а ...

О т е ц. А чем он тебе плох?

К р е с т ь я н и н. Не люблю я эти разговоры. Живи по-человечески, и Бог тебя не оставит. Мне что надо? Платят - и спасибо.

О т е ц. Вообще-то верно. Но идут к нему, идут. Вроде бы говорит, что придет Мессия, освободит нас, устроит тут Царство. Всем будут хорошо платить, римляне не будут драть налогов...

К р е с т ь я н и н. Это, как ее, политика. Послушай меня, не ходи. Всякие пророки или там мессии добром не

кончают. Но-О-о! (Свист кнута).

М и р и а м. Ой, смотрите, народу сколько!

Повозка выезжает на берег и останавливается. Гул толпы.

О т е ц. Ну, приехали.

М а т ь. Осторожно, детки!

К р е с т ь я н и н. Я ее сниму.

М а т ь. А ты прыгай, Исаак. Ты же большой! Молодец!

О т е ц. Спасибо тебе, друг.

К р е с т ь я н и н. Чего там... Но-О-о! (Повозка отъезжает). Дай вам Бог! А эта, политика - ну ее совсем!

М а т ь. Какая жара!.. Не отходите от меня, дети!

О т е ц. Вот, тенек под деревом. Простите, мы вам не помешаем?

Х а н н а. Что вы, нет!

М а т ь. А мы отсюда все увидим?

Х а н н а. Конечно. На дороге - большая толпа, но они все спустятся к воде. Вы перебрались через реку?

О т е ц. Да. Жена вот моя очень хочет посмотреть пророка. Вы его слышали?

Х а н н а. Нет еще. Но я его в детстве знала.

М а т ь. Правда?

Х а н н а. Конечно. Они рядом с нами жили, в горах. С ним было странное происшествие.

М а т ь. Ой, расскажите!

Дети. Про-и-ше-стви-е!

Х а н н а. Захария, его отец, был священник. Хороший такой, набожный, немолодой уже. Жена - ему под стать, тоже немолодая. Было это при старом Ироде, тридцать лет назад.

О т е ц. Какой был царь! Иудея, можно сказать, процветала.

М а т ь. Тише, тише!

М и р и а м. Ой, дальше, пожалуйста!

Х а н н а. У Захарии с Елизаветой не было детей. Молились они, молились, а там и ждать перестали - не хочет Господь послать им ребенка, что тут поделаешь! Но вот, когда Захария служил в храме, он увидел ангела...

М и р и а м. Где?

Х а н н а. По правую руку от жертвенника. Ангел...

И с а а к. А какой он?

Х а н н а. Такой высокий, красивый, вроде юноши, в сверкающих одеждах. Ангел сказал...

И с а а к. А как его зовут?

Х а н н а. Гавриил.

М и р и а м. Захария обрадовался?

Х а н н а. Скорей - испугался. Но ангел сказал: "Не бойся, у меня хорошая весть. Бог даст тебе сына. Он будет святым и великим пророком. Назови его Иоанн". Как ты думаешь, что сделал Захария?

М и р и а м. Закричал "ура"!

Х а н н а. Нет, он просто не поверил.

Дети (очень удивленно). Ну что ж это?! Ой, как же!

Х а н н а. Да, он сказал: "Мы долго ждали, состарились, и я не поверю, если ты не дашь мне знака". :

М и р и а м. Какой еще знак?

Х а н н а. Особенный. Ну, ангел и скажи: "Хорошо, если ты мне не веришь, знак я дам. Ты будешь немым, пока твой сын не родится". Тут же, прямо на месте, Захария оглох и онемел.

И с а а к. Бедный какой!

Х а н н а. Конечно, когда пришло время, ребенок родился. Собралась родня, хотели назвать его Захарией, в честь отца. Но Елизавета сказала: "Назовем его Иоанном". Они туда-сюда: "Никаких Иоаннов у нас в роду не было", - в общем, пошли спросить Захарию. Он написал на бумажке: "Иоанн" - и сразу заговорил.

М и р и а м. Молодец, что вспомнил. "Иоанн" - куда красивее, чем "Захария"!

Ханна (Отцу и Матери). Сами понимаете, мальчик чувствовал себя особенным, посвященным. Последний раз я видела его в пятнадцать лет. Высокий был, худой, дикий, словно ястреб.

О т е ц. Как говорится, не все дома?

М и р и а м. Сколько народу идет!

Х а н н а. Наверное, его увидали. Нет, он здоров, только странный. Дружил он с троюродным братом, тот из Назарета, сын плотника. Хотела б я знать, что с ним теперь!

Отец (рассеянно). Да, уж эти умные дети... ничего из них не выходит. Господи, тут пол-Иерусалима!

М а т ь. Вон фарисеи, их совсем мало.

О т е ц. Они таких проповедников не жалуют.

Х а н н а. И книжники, человека три. (Не без гордости). Ученые люди! Пришли его послушать.

М а т ь. Два левита.

О т е ц. И верно! Храмовые стражи ... как-бы чего не было!

М а т ь. Смотрите! Наверное, это он. Видите, детки? Высокий, черный... Он это?

Х а н н а. Да, это Иоанн. Такой же самый. Помню, ходит по горам, поет пророчества из Исайи.

Толпа - совсем близко.

Голоса из толпы. А.: - Вот сюда... - Хорошее место... - Да не лезьте вы!.. - Проповедовать? Конечно, будет!.. - Поближе, поближе!.. - У него голос громкий... - А не разглядим!.. - Полегче, полегче! - Ничего, спасибо... и т.п.

Б.: - Какое такое царство?.. - Я так скажу, он... сами понимаете... - Куда начальство смотрит? - Вот, при старом Ироде тоже один был, поднял мятеж. - Наше дело сторона... и т. п.

В.: - Рука Господня на нем... - Вождь, вот кто нам нужен... - Мессия, надежда Израиля... - Доколе, Господи, доколе?..

Иуда (деловито и не без важности). Освободите МеСТО,

люди пойдут к реке! Кто хочет омыться - прошу сюда. Прости, добрый человек, не отойдешь ли шага на два? Пророк будет говорить.

О т е ц. Отойду, чего там. Ты его ученик?

И у д а. Да. Родом я из Кериота. Мы с ним исходили всю пустыню. Помяни мое слово, он изменит лицо земли. Сюда, в сторонку... Тиш-ше! Он здесь.

И о а н н. Израиль! Снова прошу тебя, покайся! Спеши! Приходит Царство Божье, как говорили пророки. Не через год, не через месяц, не завтра, сейчас!

Т о л п а.Благословен Бог Израилев!

И о а н н. Готов ли ты его принять? Нет, не готов! Годами все вы твердили: "Когда-нибудь, когда-нибудь... Когда-нибудь все изменится, когда-нибудь восстановят Царство, когда-нибудь придет Мессия, и все будет хорошо!" Но вот, Мессия у дверей. Что он увидит?

Т о л п а.Помилуй, Господи! Помилуй! Пощади Свой народ!

И о а н н. Я вижу суетное священство, распутных правителей, низкий народ - лавочников и чиновников, которым важна корысть, а не праведность. Покайтесь! Зола и власяница, пепел и власяница! Царство - у дверей, а вы не готовы. Кайтесь сейчас, вот сейчас, рыдайте о себе и об Израиле! Дайте Господу смыть ваш грех чистой водой Иордана! Очиститесь, день Господень близок!

Т о л п а.Господи, смилуйся над нами!

И о а н н. Готовы ли вы? Потому ли вы пришли, что жалеете о своих грехах? А может, вас вело любопытство? Вот - фарисеи. Набожные люди, блюстители Закона, образец почтенного благочестия, что вам-то здесь делать? Лицемеры! Лжецы! Змеиное отродье! Кто подучил вас бежать от грядущего гнева?

Т о л п а.А.: - Ну, знаете!.. Нет, какая наглость!.. Это уж, я вам скажу...

Б.: - Правильно! Так их! Ах ты, какие важные!

В.: - Помилуй! Грешны, грешны!., и т. п.

И о а н н. Конечно, вы скажете: "Нам каяться не в чем. Мы блюдем Закон. Мы - Авраамовы дети. Что бы ни случилось, Бог за нами присмотрит". Не обольщайтесь.

Бог вам не подчинен. Он найдет детей где угодно. Он сделает их из этих камней - да, эти камни мягче вашего сердца! Если не покаетесь, если не изменитесь, вы тоже погибнете. Мессия приходит как дровосек. Все трухлявые деревья он срубит и бросит в огонь. Все. Все.

Т о л п а.Смилуйся! Пощади нас, Господи!

Г о л о с. Если Закон не спасет нас, что же делать?

И о а н н (помягче). Расщедритесь. Сделайте больше Закона. Вот ты, в хорошем хитоне - зачем тебе плащ? Отдай его этому нищему. У тебя корзина с едой - может, поделишься с детьми? (Резче и выше). Откажитесь от мира - плачьте, рыдайте, кайтесь - ждите Царства в страхе и трепете!

Рев и ропот толпы.

1-й л е в и т. Вижу, ты в себе уверен. А кто ты такой? Не Мессия ли?

И о а н н. Нет, не Мессия. Я послан сказать о Нем.

2-й    л е в и т. Может быть, ты Илия?

И о а н н. Нет.

3-й    л е в и т. Или пророк, о котором говорит Писание?

И о а н н. Нет.

1-й    л е в и т. Кем же ты себя считаешь?

И о а н н. Никем. Я - никто. Просто голос, вопиющий в пустыне.

2-й    л е в и т. Старейшины Иерусалима спрашивают, чьей властью ты омываешь.

И о а н н. Я - провозвестник Божьего Царства. Да, я омываю - но только водой покаяния. Скоро придет Человек, Который гораздо больше меня. Я недостоин снять с Него обувь. Он омоет вас духом и огнем.

Т о л п а.Где Он? Покажи нам Мессию! Помазанника! Христа!

И о а н н. Он придет к вам, как веющий хлеб, соберет зерно, сожжет солому, очистит Израиль.

Т о л п а.Грешны! Грешны! Помилуй!

И о а н н. Приготовьтесь встретить Его. Идите сюда, исповедуйте грехи, омойтесь в Иордане. (Шум, гомон, пение).

М а т ь. Какой он странный!

О т е ц. Говорит он хорошо. А с фарисеями - все ж нельзя так...

И у д а. Иоанн не боится обидеть.

М и р и а м. Смотрите, в реку пошли!

Т о л п а.Слава Господу Богу! Слава Господу Богу!

И о а н н. Как твое имя?

Т о в и я. Товия. Я - сборщик податей.

Т о л п а.Благодарим Тебя, Господи, за Товию!

И о а н н. Товия, я омываю тебя омовением Царства. Веди хорошо счета, ничего не утаивай. А тебя как зовут?

Е з д р а. Ездра. Я - солдат.

Т о л п а.Благодарим Тебя, Господи, за Ездру!

И о а н н. Я омываю тебя, Ездра, омовением Царства. Выполняй свой долг, не будь жестоким, никого не обижай, довольствуйся своим жалованьем. А ты кто?

Голоса, плеск воды.

1-й    л е в и т. Надо сообщить старейшинам, это небезопасно.

2-й    л е в и т. Что вы хотите, политическое движение! Хутглаз да глаз...

3-й    л е в и т. Не хватало поссориться с Римом!

1-й левит (голос — тише, они уходят). Вот именно. Если хотите знать мое мнение...

И у д а. Какой великий день! Столько народу у нас еще не было! Простите, отлучусь... надо последить за порядком.

Б а р у х. Постойте. Вы - из его учеников?

И у д а. Да.

Б а р у х. Он - серьезный человек? Или это так, религия?

И у д а. Не понимаю!

Б а р у х. Прекрасно понимаете.

И у д а. Простите, вы - зилот?

Б а р у х. Я принадлежу к партии, которая борется за свободу. Кажется, ясно?

И у д а. Поговорим как-нибудь вдвоем. Приходите. Меня зовут Иуда.

Б ар ух. Иуда... Я запомню. .

М а т ь. Смотрите, какой красивый! ?

Х а н н а. Кто?

М а т ь. Вон там, плащ снимает. Рядом с такой полной женщиной в голубом платье.

Х а н н а. Где, где? Не вижу... А, с золотой бородкой! Да?

М а т ь. Да. И глаза такие... ну, такие...

Х а н н а. Ах ты, Господи! Подумать только! Это же - его троюродный брат.

О т е ц. Кажется, Он пойдет последним.

И о а н н. Ревекка, омываю тебя... Будь скромной и опрятной, воспитывай детей в любви к Богу... Как твое... Иисус! И Ты здесь? Ты пришел омыться ко мне? Это я должен к Тебе прийти!

И и с у с. Делай, как Я прошу, Иоанн. Начать надо так, вместе со всеми.

И о а н н. Хорошо, дорогой мой Брат.

Т о л п а.Благодарим Тебя, Господи, за Иисуса!

И о а н н. Я омываю Тебя, Иисус, омовением Царства.

Гром.

О т е ц. Эй, что это?

М а т ь. Кажется, гром.

Х а н н а. Хоть бы грозы не было!

И с а а к. Это Бог говорил.

Х а н н а. Какой мальчик!

И с а а к. Молнию не видели? Белая такая, большая...

М а т ь. Летом часто бывает, миленький.

И с а а к. По-моему, это ангел.

М и р и а м. Еще чего! Вечно ты выдумываешь.

Х а н н а. А что, очень может быть. Помню, Иисус часто видел ангелов.

И с а а к. Что, съели?

М а т ь. Мы ничего толком не знаем, и потом, так нельзя говорить, это невежливо.

Х а н н а. Он идет сюда. Вид у Него такой, словно Он и впрямь что-то видит... Иисус! Иисус бар-Иосиф! Ты меня помнишь?

И и с у с. Ханна! Конечно, помню. Как живешь?

Х а н н а. Лучше некуда. Рада вас обоих видеть. А как Твои?

И и с у с. Иосиф бар-Илия почил на лоне Авраамовом, мама - здорова, часто тебя вспоминает.

Х а н н а. Как хорошо! Передай ей привет

И и с у с. С удовольствием.

И о а н н (приближаясь к ним, немного задыхается). Брат... Иисус...

И и с у с. Смотри-ка, Иоанн! Ты не забыл Ханну, дочь Леви бен-Иссахара?

И о а н н. Благослови тебя Бог, Ханна, и всех, ищущих Царства.

И с а а к. Иисус бар-Иосиф!

И и с у с. Да? Что Я могу для тебя сделать?

И с а а к. Ответь мне.

М а т ь. Исаак! Не приставай к людям! (Виновато). Дети вечно спрашивают...

И и с у с. Я люблю отвечать им. Что же спросишь ты?

И с а а к. Это был гром или Бог с Тобой разговаривал?

М и р и а м. Еще чего!

И с а а к. Ты ангела видел?

И и с у с. Я видел небо отверстым и Духа Божьего, Который сошел ко Мне, как голубь. Голос сказал Мне: "Вот - Мой любимый Сын, Которым Я доволен".

И с а а к. А? Что я говорил? (К Мириам). Съела? (Спохватывается). Нет, нет! Я это только подумал! Рот закрыл, вот так - м-м-м - и подумал.

И и с у с (смеется). Ты боролся с искушением, как мужчина.

И с а а к (радостно). Следующий раз я, правда, не скажу!

И и с у с. Это неважно. Дурная мысль так же плоха, как злое слово.

М и р и а м. Все учат: "По Закону нельзя говорить дурных слов". Если думаешь одно, а говоришь другое, это ведь вранье!

И и с у с. Да. Но, видишь ли, если всегда думать хорошо, тебе не захочется дурно говорить. Тогда не надо беспокоиться, соблюдаешь ты Закон или нет - твои добрые мысли сами его соблюдают.

М а т ь. Детки, не мучайте вы человека!

О т е ц. Они у нас спорщики, сил никаких нет!

Х а н н а. Иисус, Ты не зайдешь ко мне поужинать?

И и с у с. Я бы очень хотел, Ханна, но Мне надо уйти в пустыню, побыть с Богом.

И о а н н. Пока Ты не ушел, я хотел бы с Тобой поговорить.

О т е ц. А нам пора. Все ушли, смеркается...

Х а н н а. Что ж, до свиданья, Иисус. Может, когда вернешься, мы Тебя увидим?

И и с у с. Да, увидите. А сейчас - до свидания.

Отец, Мать и дети уходят, прощаясь с Иисусом и Иоанном.

И о а н н. Мальчик видел и слышал, я видел и слышал... Ты - обетованный Мессия. Мы всегда это знали, но, честное слово, и не знали. Ты мой троюродный брат, мой друг... Мы с Тобой играли, разговаривали... говорили о Царстве Божьем... И я услышал: "Однажды ты увидишь, как Дух Божий нисходит на живого человека... Этот человек омоет землю огнем". Когда я и впрямь увидел, я испугался. Что это? Я знал Тебя всю жизнь - а теперь вижу, что не знал. Скажи мне, Иисус, кто Ты такой - Мессия, Помазанник Божий?

И и с у с. Когда ты омывал Меня водой покаяния...'

И о а н н. Хотя я недостоин припасть к Твоим ногам, о, Сын Марии!

И и с у с. ...Я ощущал, как спина Господня гнулась под тяжестью людских грехов, и понял...

И о а н н. Что же Ты понял - Ты, названный Сыном Божьим?

И и с у с. Я понял, что такое быть Сыном Человеческим.

Сцена II

Вифавара.

1. Шатер Иоанна Крестителя.

Е в а н г е л и с т. И Дух повел Иисуса в пустыню, где Его искушал дьявол. Когда же Иисус провел без пищи сорок дней и сорок ночей, Он пошел в Вифавару за Иорданом, где был Иоанн.

А н д р е й. Ну как, Иуда?

И у д а. Что, Андрей?

А н д р е й. Сколько мы вчера крестили?

И у д а. Двадцать мужчин, четырнадцать женщин, десять детей. Всего сорок четыре.

Иоанн Зеведеев. Замечательно! И смотрите -дети, женщины!

А н д р е й. Ну, что ты говоришь! С женщинами и детьми дела не сделаешь.

И у д а. Ты не прав. Они очень важны. Женщины много говорят, они приводят других женщин, а там и мужья идут посмотреть, чтобы с ними ничего не случилось. (Смех.) И потом, когда жена обратилась, нет этих ссор и склок. Если бы не жена, твой брат Симон ходил бы с нами.

А н д р е й. Это верно.

И у д а. Мужчина ненадежен, если жена его вечно пилит.

И а к о в. Вот он, деловой человек!

И у д а. Кому-то надо быть деловым.

И о а н н. Зато если женщина во что поверит...

И у д а. Ей нет удержу. Да, ты прав.

А н д р е й. Вообще-то она себя ведет в точности, как наш Иоанн. Да, да, ты. Если ты чего-нибудь хочешь, ты идешь напролом, словно бык ломится в ворота...

И у д а. А потом краснеешь, бледнеешь, лепечешь - и дело делают другие.

И о а н н. Н-н-ничего подобного!

И у д а. Так-таки и н-н-ничего?

И о а н н. Да, я легко волнуюсь. Ах, ты не понимаешь! Если чего-то очень хочешь... а оно - здесь, только бери... я не смею его коснуться, а вдруг исчезнет? Я не сваливаю на других, я просто... Все равно не поймете!

И а к о в. Оставь ты их, Иоанн. Ты - смиренный человек, это очень редко бывает. О тебе, Иуда, да и о нас этого не скажешь.

А н д р е й. Верно, Иаков. Защищай брата.

И а к о в. Мало того, если дело - опасное, Иоанн не отступит.

А н д р е й. А что, может дойти и до этого. Между нами говоря, Креститель не очень осторожен. Кстати, где он?

И у д а. Ушел куда-то один часу в шестом.

А н д р е й. Ага, ага... Очень уж он ругает Ирода.

И а к о в. Ирода! Должен же кто-то в конце концов. Ну и царь! Слабый, распутный, жестокий... бабы им крутят, как хотят...

И у д а. Да, человек он впечатлительный. Это нам на руку. Если его самого довести до покаяния...

А н д р е й. Ну, ты уж скажешь!

И у д а. А что? Он уважает и слушает Крестителя. Кто-кто, а Ирод понял, что это - истинный пророк.

А н д р е й. Вообще-то да, ты прав. А вот жена... Иродиада ни за что не простит все эти речи. Он про нее такое говорил! Ее бы воля, она бы его убила.

И у д а. Ирод никогда не допустит. А если он обратится, представляете, что будет?

И о а н н. Наш Иоанн не боится никого! Видит грех -обличает.

И у д а. Вот именно. Потому за ним и идут. Потому я и говорю: рискуйте, дело того стоит.

А н д р е й. Кто-кто, а сам он рискует. Он никогда не трусил, но теперь... так и режет, так и чешет. Как будто...

И у д а. Как будто знает, что скоро - конец. Да, он изменился, я заметил. А ты заметил, Иаков?

И а к о в. У него тело сгорает... и душа. Что-то случилось, когда нас не было. Иуда, не знаешь, что именно?

И у д а. Не знаю. Ну, вспомним. Тогда он превзошел самого себя. Когда он почти всех окрестил, раздался гром. Он посмотрел вверх... и что-то с ним случилось, словно Бог положил ему руку на плечо. Таким он и остался.

И о а н н. Мы с Иаковом тоже заметили, когда вернулись. Хотел спросить... но к-к-как-то слов не нашел.

И у д а. Знаем, знаем. Стоишь, з-з-заикаешься.

И о а н н. Я испугался. Он смотрел... сквозь меня.

И а к о в. Тихо! Он идет. А, здравствуй, Иоанн! Что с тобой?

И о а н н. Ты принес хорошие вести?

И о а н н    К р е с т и т е л ь. Иисус вернулся. Он здесь.

А н д р е й. Иисус? А кто это?

И у д а. Твой родственник, да? Сын Иосифа?

И о а н н. Мой родственник по плоти, мой Господь -по духу.

И у д а. Которого ты крестил в Иордане сорок дней назад?

И а к о в. Сорок дней!

И о а н н    К р е с т и т е л ь. Он провел их в пустыне, а я ждал, и дивился, и учил. Сегодня, когда я проповедовал, я увидел Его, и Дух Господень сиял сквозь Его тело, как Слава Божия - сквозь ковчег. Я крикнул: "Вот Он, вот Тот, о Ком я говорил!.. Тот, Кто придет вслед за мной!" Они смотрели на нас, но не видели того, что я видел. Мне ли винить их? Я знал Его столько лет - и не знал. Тогда я побежал к вам, чтобы вы, мои ученики, увидели Его и узнали... И всю дорогу Он следовал за мной, всю дорогу Он вел меня. Он стал впереди меня, потому что был прежде меня.

А н д р е й. Я тебя не понимаю.

И о а н н. Принесите свиток! Читайте, что говорит Исайя о Том, Кто искупит Израиля.

А н д р е й. Ты у нас самый ученый, Иоанн бар-Зеведей.

И о а н н. С чего начать?

И о а н н    К р е с т и т е л ь. Отсюда: "Он был презрен и умален перед людьми, муж скорбей и изведавший болезни".

И о а н н (удивлен). О! "Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом". Иоанн, разве это о Мессии? Я всегда думал, это - о нашем народе.

И о а н н    К р е с т и т е л ь. Весь Израиль - в своем Помазаннике. Читай.

И о а н н. "Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем и ранами Его мы исцелились".

И у д а. Иоанн, кажется, я понял!

И о а н н    К р е с т и т е л ь. Что ты понял, Иуда?

И у д а. Почему ты зовешь к покаянию. Почему нужно взломать ложное спокойствие сердца. Я представлял все иначе... но теперь... теперь... Да, так лучше, выше, удивительней. Прости, что перебил.

И о а н н. "Как овца веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен..."

И о а н н    К р е с т и т е л ь. Смотрите!

В с е. Что? Где? Кто там?

И о а н н    К р е с т и т е л ь. Вот Агнец Божий, взявший на Себя грехи мира.

И а к о в. Кто же это?

А н д р е й. Не разгляжу, солнце слепит.

И у д а. А я его узнал. Это Иисус бар-Иосиф.

И а к о в. Идет к нам!

А н д р е й. Нет, проходит мимо.

И а к о в. Посмотрел сюда, но нас не увидел.

И у д а. Почему ты дрожишь, Иоанн?

И о а н н. Он на меня взглянул.

И у д а. Если Он-Мессия...

А н д р е й. Что нам делать, Иоанн бар-Захария?

И а к о в. Идти за Ним или остаться с тобой?

И о а н н. У меня выбора нет. Я не знаю, что видел ты, Иоанн, и не все понимаю из того, что ты поведал. Но на меня Он взглянул. Я должен поговорить с Ним. Я должен Его найти, иначе мне не знать покоя. Не думай, я тебе благодарен. Я не хотел бы тебя покидать. Ничего не поделаешь, я должен! Объяснить не могу. Ты ведь и сам понимаешь, правда? Пусти меня, Иоанн, отпусти от себя!

И о а н н    К р е с т и т е л ь. Иди скорее. (Иоанн убегает.)

И а к о в. Ушел... Иди и ты с ним, Андрей. Он смутится, ничего не сумеет сказать.

А н д р е й. Может, ты?

И а к о в. Друг мешает меньше, чем брат. Вернешься и расскажешь.

А н д р е й. Хорошо.

(Убегает, крича.)
Иоанн! Иоанн! Постой минутку!..

И о а н н    К р е с т и т е л ь. "На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством... Я дам Ему часть между великими..." (Голос его затихает.)

2. Дорога.

А н д р е й (на бегу). Иоанн!

И о а н н. Скорей!

А н д р е й. Зачем? Дай отдышусь.

И о а н н. Пока мы Его найдем, все может кончиться. Весь свет, весь мир.

А н д р е й (добродушно). Вообще-то может, но вряд ли. Он не очень далеко ушел.

И о а н н. Он исчез за теми оливами.

А н д р е й. Ну и ладно. Нельзя так бегать в жару.

И о а н н. Представляешь, мы свернем, а Его там нету?

А н д р е й. Да что ты, честное слово... Ну, вот! Пожалуйста, Иисус.

И о а н н. Да. Да. Хорошо. .

А н д р е й. Что ж ты остановился?

И о а н н. Понимаешь, Он здесь, все хорошо.

А н д р е й. Что с тобой?

И о а н н. Пойдем за Ним, не упуская Его из виду.

А н д р е й. Чудак ты! Прямо не знаю, что с тобой делать. Почему ты просто...

И о а н н. Он нас услышал.

А н д р е й. Он нас ждет. Иди, Иоанн.

И о а н н. Заговори с Ним!

И и с у с. Кого вы ищете? Я вам нужен?

А н д р е й. Равви, мы ученики Иоанна Крестителя. Ты проходил мимо нашего шатра... В общем, мы захотели с Тобой поговорить и за Тобой побежали. Я, кстати, Андрей. Андрей бар-Иона.

И и с у с. Я тебе рад, Андрей.

А н д р е й. А вот он - Иоанн бар-Зеведей. Собственно, это он побежал, а я уж с ним. Иоанн, скажи что-нибудь. (Виновато.) Бежал, запыхался.

И и с у с. Чего ты хочешь от Меня, Иоанн, сын Зеведеев?

И о а н н. Ты позвал меня, и я пошел.

А н д р е й. Мы не хотим Тебя задерживать, но если Ты скажешь, где живешь...

И и с у с. Неподалеку. Пойдем и посмотрим.

А н д р е й. Сейчас?

И и с у с. Да. .

А н д р е й. Очнись, Иоанн!

И о а н н. Не могу.

И и с у с. Идите за Мной.

3. Дом, где остановился Иисус.

Е в а н г е л и с т. Они пошли и увидели, где Он живет, и пробыли у Него тот день. Было около десятого часа. Потом Андрей пошел за братом своим, Симоном.

И о а н н. Андрей давно ушел. Хоть бы привел Симона!

И и с у с. Придет и приведет, не беспокойся. На полке позади тебя - хлеб, вино и сушеные смоквы.

И о а н н. Поставить на стол? Конечно, Симон женат, им труднее...

И и с у с. Дорога в Царство узка и крута, не всякий может ею идти. Приходится отдать все, что мешает: жену, отца, мать, вообще все, чем ты обладаешь. Этого Я скрывать не буду.

И о а н н. Но дорога ведет к счастью?

И и с у с. Царство Божье... как бы тебе сказать? Ну, представь себе богатого купца, который живет легко и привольно. И вдруг он видит дивную, поразительную жемчужину. Он все продает и покупает ее.

И о а н н. Вот-вот! Брат моего отца был купцом, но никак не мог разбогатеть, потому что очень любил красивые вещи. Зато жил он счастливо. Ты его знал?

И и с у с. Я знаю природу человеческую. Ты на него похож, да?

И о а н н. Ты знаешь все. Ты читаешь меня, как книгу.

И и с у с. В ней написано, что ты будешь Мне другом.

И о а н н. Учитель! Разве я посмею? Рабом, слугой, учеником...

И и с у с. Мои ученики - Мои друзья. Согласен ты, Иоанн?

И о а н н. Ты еще спрашиваешь! Ты же знаешь, я только хочу идти за Тобой до смерти.

Иисус Спасибо.

И о а н н. Почему я так сказал? Вечно я что-нибудь ляпну! Конечно, я буду рад отдать за Тебя жизнь...

И и с у с. И Я за тебя. Это и есть дружба. Слушай! Андрей идет.

И о а н н. Я слышу голос Симона.

А н д р е й (торжествует). Вот он! Я его привел. Так ему и сказал: "Симон, мы нашли Мессию. Иди, и все тут". Поспорили немного, но... вот он.

С и м о н. Добрый вечер, Господин мой.

И и с у с. Значит, ты - Симон. Значит, ты - "тот, кто слышит и слушается". Вроде бы имя подходит тебе...

(Андрей смеется.) А может, и не подходит.

С и м о н. Сам не знаю. Жена говорит одно, Андрей - другое... Ну, я им сказал: "Ладно, не спорьте вместо меня, я лучше сам посмотрю".

И и с у с (видимо, с улыбкой). Понятно.

А н д р е й. Симон такой... Своевольный, что ли. Все он знает.

И и с у с. А, вон что! Твердый человек... Что ж, Симон, мы найдем тебе новое имя - Петр, то есть камень, скала. Как, нравится?

С и м о н (надулся). Ладно, потешайтесь! Только покажите, как спасти Израиль, а имя я уж завоюю.

И и с у с. Я не забуду твоих слов... Садись, поужинай с нами.

С и м о н. Спасибо большое. Так вот, Израиль надо спасти. Слушал я Иоанна Крестителя, говорит он хорошо, набожно - а делать-то, делать кто будет? Ты уж прости, много было всяких мессий, а толку мало.

А н д р е й. Рим - большая сила. Понимаешь, Учитель, тут - горстка простых людей, там - Империя! Мы с Симоном -рыбаки, Иоанн с Иаковом - тоже. Правда, они поученей. У Иоанна Крестителя хорошие люди, они за Тобой пойдут...

И о а н н. Только скажи, все за Тобой пойдут!

И и с у с. Я ничего не могу доказать. Что Я скажу им: "Вот Я. Верьте Мне"?

С и м о н. Как я Тебя увидел, сразу понял - да, Ему верить можно. Но людям нужен вождь, при котором лучше живется. Ты не вини их, бедных! А священники...

А н д р е й. Священники! Они с властями заодно. Если бы архангел Гавриил прилетел, они бы его арестовали. Как же, беспорядки!

С и м о н. Рим, вот где закавыка. Зачем им свободная Иудея? Против них нужна сила, оружие...

И и с у с. Дети, дети, вы и не знаете, чьим голосом говорите. Деньги, суеверие, сила - они не ведут к Царству. А мы ищем Царства, где властвует Бог. Послушайте Меня и поймите! Когда Я пришел к Иоанну и услышал, как Бог назвал Меня Сыном, Я удалился в пустыню для молитвы и поста. Сорок дней Я провел перед Богом и вот заметил, что мне очень хочется есть. В тот же миг Я понял, что снова - не Один.

И о а н н. К Тебе прилетел ангел?

А н д р е й. Иоанн Креститель их часто видит, когда постится.

И и с у с. Кто-то, но не Я Сам, говорил во Мне: "Зачем голодать? Если Ты вправду Сын Божий, прикажи, и эти камни превратятся в хлеб". Я знал, что это правда. Если Я велю, превратятся.

А н д р е й. Это будет чудо.

И и с у с. Бывают чудеса и потруднее. Не пугайся, этот хлеб - от пекаря. А что до чудес, их можно творить ради других, но не ради себя.

И о а н н. Вот, ради других. Накорми Израиль, и он восславит Твое имя.

С и м о н. Нас учили любить Бога за милости.

И и с у с. Но прежде всего - за Него Самого, а не за то, что Он дает нам. Легко накормить тело, оставив голодной душу. Сказано в Писании: "Не хлебом единым жив человек, но всякимловом Божьим". Я сказал слово, искушение исчезло, оставив по себе лишь трепет плоти. Но тот, другой, не исчез. Мы стояли на самом верху Храма и смотрели на Иерусалим.

А н д р е й. Так прямо и стояли? По правде?

И и с у с. Вроде бы - по правде. И тот, кто не был Мною, сказал Мне: "Если Ты и впрямь Сын Божий, бросься вниз. Разбиться Ты не можешь; разве не сказано в Писании, что ангелы понесут Тебя?" Там, далеко внизу, я видел священников и паству, собравшихся для заклания. И тот прошептал: "Докажи им, кто Ты. Докажи. Ты веришь в Себя, Сын Божий? Докажи и Себе".

И о а н н. Учитель, и Ты это чувствовал? И Ты знал сомнение, сотрясающее разум? И Ты боялся, что прекрасная истина окажется ложью?

И и с у с. Я ответил ему: "В Писании сказано: не проси у Бога доказательств. Доверяй Ему как Отцу и Другу". И страх исчез.

А н д р е й. Это все?

И и с у с. Еще нет. Он вознес Меня на высокую гору, и все царства мира легли у Моих ног, словно карта: Иерусалим, Тир, Сидон, Кесария, Афины, Рим, Карфаген вдалеке, город за городом, во всей их силе и славе. Он сказал: "Сын Божий, я дам Тебе все это, если Ты поклонишься мне и послужишь" . Тогда Я понял, кто он, и сказал: "Ты - сатана, разрушитель. Уходи, ибо написано: Богу Одному поклоняйся и Одному Ему служи". Он понял, что Я узнал его, и исчез... А Бог послал ангелов, чтобы они Меня укрепили, потому что Я был измучен - ведь враг нападал на крепость Моей души.

Недолгое молчание.

С и м о н. Учитель, если я Тебя понял, власть портит всегда. Как же восстановить Царство?

И и с у с. Понимаешь, Царство... Вот, Я тебе объясню. Когда твоя жена печет хлеб, она берет немного дрожжей и кладет в тесто. Потом отставляет на время, и дрожжи действуют сами, незаметно и тихо, пока все тесто не поднимется. Тогда его можно ставить в печь. Так приходит и Царство.

А н д р е й. Так?

И и с у с. Да, так. Ты разочарован?

А н д р е й. Я думал, оно придет со знаменами, в Иерусалим въедет пышное шествие...

И и с у с. Наверное, ты увидишь, как въедет Мессия в Иерусалим.

С и м о н. Вообще-то мы ждем знамений и чудес...

И и с у с. Вы их дождетесь. Но поверите не из-за них. Вы их увидите, потому что верите.

А н д р е й. Мы ждали, что народ восстанет. А получается, что людей надо сперва научить, иначе они не обрадуются Божьему Царству.

С и м о н. Людей? Мы и есть люди, а ничего не знаем. Писание говорит, что мы будем святыми, а разве вот нас - меня, Иоанна, Андрея - можно так назвать? Люди как люди, самые обыкновенные.

И о а н н. Учитель, что такое "святой"? Тот, кто соблюдает Закон, и правильно молится, и все правильно делает, и дает денег сколько надо? Священники учат так... А может, это что-то другое? Иоанн Креститель смутил наше сердце, пророки обличали грех. Мы растеряны, все плохо, праведный Бог - далек и грозен. Как нам подняться над собой? Что такое святость?

И и с у с. Священники правы, правы и пророки. Я пришел не отменить Закон, а показать вам, как его соблюдают. Вот это и будет святость - люби, руководствуйся любовью, ибо она не допустит ничего дурного.

И о а н н. Неужели все так просто?

И и с у с. Да, так просто, что ребенок поймет. Так просто, что только ребенок и поймет...

А н д р е й. А при чем тут Царство?

И и с у с. Это Царство и есть. Где любовь, там царствует Бог.

Опять недолгое молчание.

С и м о н. Учитель, как-то у Тебя все странно, по-другому... А посмотришь - ровно то самое, что в Писании.

А н д р е й. Мы бы хотели немножко подумать.

И о а н н. Что тут думать? Это правда! Пойду, скажу Иакову.

И и с у с. Вы рыбаки. Где вы живете? У Галилейского моря?

С и м о н. Да, Учитель, в Вифсаиде.

И и с у с. Возвращайтесь пока что к Иоанну. Когда вы не будете ему нужны, приходите ко Мне, в Галилею.

Сцена III

Енон.

Е в а н г е л и с т. На другой день Иисус решил идти в Галилею, и нашел Филиппа и Нафанаила, и сказал им: "Идите за Мною". И пришел с учениками в Иудею, и крестил там. Иоанн тоже крестил в Еноне близ Салима.

И о а н н    К р е с т и т е л ь. ...и вот я молю вас: покайтесь и омойтесь!

1-й     и у д е й. Прости, я не все понял. Есть омовение по Закону, а у тебя что-то новое...

2-й     и у д е й. Да. И вообще - ты не один. По Галилее ходит... как его?

3-й     и у д е й. Иисус бар-Иосиф. Он был у тебя при Иордане. Ты еще сказал, что Он омоет огнем...

2-й     и у д е й. А Он омывает водой, как ты.

1-й     и у д е й. Он вообще не омывает. Это ученики.

2-й     и у д е й. Какая разница? От тебя многие к Нему перешли. Все это очень странно. Объясни, как быть.

3-й     и у д е й. Да, кто важнее, ты или Он? Кто лучше омывает?

И о а н н. Никто не сделает больше, чем препоручил ему Господь. Я никогда не называл себя Мессией. Я послан проложить Ему дорогу, разве вы не слышали?

2-й     и у д е й. Да, слышали, ты часто говорил.

И о а н н. Знаете, как бывает на свадьбе? Друг жениха приходит раньше и встречает невесту. Но он только смотрит, все ли готово. И он никому не нужен, когда придет сам жених. Он ведь просто друг жениха, он рад уйти в сторону. Вот и я рад, что пришел Жених этой страны. Теперь люди будут все больше обращаться к Нему, все меньше -ко мне. Так и должно быть. Я - ничто, Он - все. Иуда!

И у д а. Что, Иоанн?

И о а н н. Кто это там идет?

Категория: Дороти Л. Сэйерс | 15.11.2007
Просмотров: 1066 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
avatar
Залогиньтесь
Поиск
Новости отовсюду
Статистика






Copyright MyCorp © 2017 Сайт управляется системой uCoz