Пятница, 28.07.2017, 02:36
  Фарисеевка...аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидите в Царствие Небесноe...
Меню сайта
Оглашение
Доминик Бартелеми [11]
Бог и Его образ
Архим. Борис Холчев [4]
Беседы
К.-С. Льюис [10]
Кружной путь
Дан Ричардсон [2]
Вечность в их сердцах
Дороти Л. Сэйерс [16]
Человек, рождённый на Царство
Молитва фарисея [13]
Для тех, кто понимает, что не дорос до мытаревой
Дэвид Берсо [6]
История жизни Патрика, пробудившего Ирландию светом Евангелия.
Сегодня
Чтения от Библия-центр

Богослужебные указания
Голосование
Какими версиями "Цитаты из Библии" вы активно пользуетесь?
Всего ответов: 184
200
-->
Друзья сайта

Библиотека святоотеческой литературы

Marco Binetti. Теология, филология, латинский язык.







Библиотека Якова Кротова



Богословский клуб Эсхатос

Главная » Статьи » Оглашение » Дороти Л. Сэйерс

5. Небесный хлеб

Действующие лица

Евангелист

Иисус

Барух

Его жена

Иуда

Филипп

Андрей

Симон (Петр)

Иаков

Иоанн

Нафанаил (Варфоломей)

Фома

Матфей

1-й     и у д е й

2-й     и у д е й

3-й     и у д е й

Толпа

Замечания

В этой пьесе, для разнообразия, действия много Если она покажется вам длинной, смело выбрасывайте сцену II. Помните, что "море" здесь - пресноводное озеро, а судно - рыбацкая лодка, так что никаких "морских эффектов" не надо.

Иисус Суть пьесы - в том, что повторяются искушения Иисус отказывается использовать ту популярность, какую дают 1) материальные блага (еда, здоровье), 2) чудеса и знамения (хождение по водам), 3) мирская власть. Отвечает Он явным и дерзновенным вызовом - словами о живом хлебе оскорбляющими все, чего только ждет обычный человек от религиозной традиции. Любопытные и робкие уходят, остаются те, кто посильней и могут убедиться, что спасение придет через крест. Сцены II (если ее оставить) и IV надо играть весело; сцену III - так, чтобы ощущалось высокое напряжение; сцена V - это уже кризис, перелом. Первая часть очень подчеркнута (в Ин 6 соответствующие фразы повторяются снова и снова, как будто Он хочет втолковать нам); вторая - исполнена пыла. Заповеди блаженства (как бы "задним числом") можно немного стилизовать.

Б а р у х - политик в чистом виде. Иисус для него -посланный небом чародей, не совсем нормальный, но очень полезный, если умело Его использовать.

Иуда - именно здесь он наконец "определяется": у него есть "идея", и он ухватился за нее искренне и пылко. Но гордыня, завистливость и полное отсутствие благородства - хорошая почва для подозрений. Он доверяет только себе. Отвлеченно, в абстракции, ему понятно, что страдание очищает; но понятно ли другим? Понятно ли Иисусу? Да, Иисуса покинуть нельзя - а все-таки, вдруг Барух прав? Ключевые слова: "Я убью Его собственными руками!" Дальше - хуже. Иисус очень популярен, Ему предложили корону. Он отказался - но всерьез ли? Что Он делает там, на другом берегу? Беседа с иудеями и с Петром - так, прекрасно! А почему благословение - Петру? Почему Он откровенен с Иоанном? Почему эти знаки благоволения - не ему, не Иуде, который действительно понимает? Конечно, на

самом деле Иуда не понимает того, что Петру подсказало вдохновение, а Иоанну - особое чутье: Тот, с Кем они имеют дело, - не только человек. Для Иуды, хотя он этого не знает, Иисус - меньше человека, что-то вроде орудия, при помощи которого удастся осуществить его, Иудину, идею спасения; если же Он сворачивает с "верного пути", Иуда вернет Его силой. Заметьте, я не показываю, как Иуда исцеляет. Очень может быть, что он не исцелял, только учил.

Жена Баруха - здесь, в пьесе, она - только для того, чтобы мы немного отдохнули, слыша женский голос. Однако есть у нее и особая черта, женское чутье, подсказывающее ей, что Иуда подсознательно ревнует к Филиппу.

Филипп - все тот же "хороший парень": смиренный, тихий, скромный. Он знает, что не очень умен, восхищается Иудой, таким умным и красноречивым. Тем не менее именно он, самый глупый, совершает чудо, чему сам удивляется. Совершив его, он совсем измотан - не от тонкости или нервности (их нет), а потому что, как здоровый зверек, он "вырубается". Прибавим, что он вежлив и послушен, словно воспитанный мальчик.

Симон Петр - именно в этой пьесе он переживает два великих события, и после каждого, как обычно, следует "откат". Вот - иной мир реален, этот - ничто: он идет по воде, видит Лик Божий. Потом "обращается на себя" - и все, ничего нет, а сам он - сварливый рыбак, который говорит с Учителем, как языкастая нянька - с непослушным царевичем.

Фома- очень хороший человек, надежный, когда опасность - физическая (это мы еще увидим), но какой-то печальный и по природе своей не склонный выставлять себя в смешном свете.

Матфей - все такой же, разве что развился его организаторский талант (может быть, он и прежде имел дело с толпой и очередью). Лодок побаивается как истый горожанин. В отличие от Фомы - оптимист, из тех, кто вечно приговаривает: "Умирать? Еще чего!" или "Не война, а одно удовольствие!"

Иудеи - обычные люди, не фарисеи, не священники. Любят поглазеть на всякие чудеса, вообще поразвлечься, пока это не опасно; сами же по себе - консервативны и прозаичны.

Сцена I

Е в а н г е л и с т. Тогда Иисус созвал двенадцать апостолов и дал им власть изгонять бесов и лечить болезни. И послал их по двое проповедовать Божье Царство и исцелять больных. И сказал:

И и с у с. Ничего с собой не берите - ни денег, ни еды, ни лишней одежды, только посох. Когда придете в селенье или город, попросите ночлега у хороших людей и у них оставайтесь. Если же вас не примут или не станут слушать, отряхните с ног пыль этих мест и предоставьте их Божьему суду. Никого не бойтесь - Бог, пекущийся о мелких птицах, присмотрит за вами. Помните, вы - не сами по себе: принимающий вас Меня принимает, а принимающий Меня принимает Бога, Который Меня послал.

Е в а н г е л и с т. Они пошли - и шли по селеньям, исцеляя, проповедуя Весть.

Б а р у х. Поразительная история! И говоришь ты хорошо. Эй, жена! Налей гостю.

И у д а. Спасибо, хозяйка, не надо.

Б а р у х. Ну, один разок! После такого дня... А, Филипп?

Ф и л и п п. Да, простите?

И у д а. Филипп клюет носом.

Ф и л и п п. Нет, что ты!

Б а р у х. За весь вечер ни слова не сказал.

Ж е н а. Устал он, бедный! Ему бы молочка - и в постель.

Ф и л и п п. Спасибо, молока я выпью.

Ж е н а. Еще бы! Пей, милый, пей. Тебе не худо?

Ф и л и п п. Нет, нет. Мне хорошо, не беспокойтесь.

И у д а. У нас был тяжелый день. Он впервые исцелил человека. Принесли женщину, одержимую...

Б а р у х. Ты ее знаешь. Бедная Эсфирь.

Ж е н а. Эсфирь! И ты ее вылечил? Ах, жаль, не видела! Я думала, она совсем плоха.

Б а р у х. Все так думали.

Ж е н а. Как же это ты, а? Такой молодой...

Ф и л и п п. Не знаю. Да я ничего и не делал. Это Учитель.

И у д а. Филипп - лишь орудие Божье, как и мы все.

Ф и л и п п. Да, наверное, это Бог. И уж точно - Иисус.

Ж е н а. Все равно расскажи.

Ф и л и п п. Принесли ее родители и спрашивают, не исцелим ли. Я их очень пожалел, а что делать - не знаю... Конечно, Иисус дал нам власть исцеления, но я думал, что это не мне. Скорей уж Иуда исцелил бы, а я бы учился... Я на тебя все поглядывал, но ты был занят, отвечал на всякие вопросы. Родители стоят, ждут, и я стою, как дурак. Ну, что-то делать надо, я и помолился, возложил на нее руки. Только тронул - она как забилась, как завыла! Я ее схватил...

И у д а. Эти одержимые очень сильны.

Б а р у х. Видно, могучий бес.

Ф и л и п п. Ну, я тоже сильный, держу ее, а что делать - не знаю. Подумал было: "Не гожусь я для этого", -и тут как озарило! Я крикнул: "Именем Иисуса Помазанника!" Вы просто не поверите...

Ж е н а. Поверим, поверим, говори.

Ф и л и п п. Мне казалось, что меня кто-то держит, прижимает к ней мои руки. Я просто вжался ей в плечи, кости чувствую. Она кричит, визжит, меня укусила - и вдруг я слышу голос, вроде бы мой, но не мой... а что он сказал, не знаю.

И у д а. Ты сказал: "Бес, затихни и выйди из нее!" Я просто удивился. Совсем как Учитель.

Ф и л и п п. Это и был Его голос.

И у д а. Когда Филипп заговорил, она перестала бороться. Постояла-постояла и заплакала. Потом поняла, что все на нее смотрят, и говорит: "Мама, что случилось? Уведи меня". Тихо так, ласково, совсем здоровая...

Ж е н а. Ну и ну! Ты, наверное, гордился.

Ф и л и п п. Куда там! Я еле стоял. Колени дрожат, кости ломит, сам весь мокрый. Как будто выпотрошили... Вот он, Иуда, очень хорошо держался. Вышел между мной и толпой, все объяснил. А я сижу, отдуваюсь... Иуда, как ты думаешь, когда Иисус исцеляет, Он тоже так выматывается?

И у д а. Тогда бы Он не исцелял по двадцать, по тридцать человек в день. У Него силы много.

Ф и л и п п. А все-таки что-то с Ним бывает. Помнишь, в Тивериаде? Жуткая толпа, мы идем, и тут Он встал и спрашивает: "Кто Меня коснулся?" Симон - знаешь, как это он, по-простецки - говорит: "Ну, Учитель, Ты скажешь! Да нас со всех сторон сдавили!" А Иисус Свое: "Кто-то Меня держит". Так и вышло, одна больная женщина ухватилась Ему за эти кисти. Исцелилась, да. А мы потом пристали как да что, и Он объяснил: "Я почувствовал, что из Меня исходит сила". Тогда я не понял, теперь вот - знаю. Вообще-то не совсем... У Него сила ушла, у меня - пришла и вышла. Прямо не пойму, что и делать...

И у д а. Другой раз будет легче.

Ф и л и п п. Да, наверное. Главное, не мешать, чтобы она пришла, а не протолкалась. Наверное, я чересчур испугался. А ты б испугался?

И у д а. Очень может быть. Вот что, ты и теперь не волнуйся. Тебе надо отдохнуть.

Б а р у х. А то завтра ничего не сможешь. Шутка ли, такое дело!

Ф и л и п п. То есть, иди поспи. Да, ты прав, я устал... Спокойной вам ночи. Спасибо за приют и ласку.

Б а р у х. Всегда рады! Жена, покажи, где постель.

И у д а. Спокойной ночи, Филипп. Я еще полчасика посижу, а ты смотри спи!

Филипп (из-за двери). Спокойной ночи, Иуда!

Б а р у х. Ну, Иуда Искариот, теперь, когда твой чудотворец ушел...

И у д а. ...самое время поговорить о политике. Так я и думал.

Б а р у х. Ты меня узнал?

И у д а. Еще бы! Примерно год прошел, как мы встречались. Иоанн крестил тогда у Нижнего Брода. Ты хотел узнать, призывает ли он к мятежу, а если призывает...

Б а р у х. ...можно ли рассчитывать на тебя. Когда я увидел вас с Филиппом, я понял: это - перст Божий.

И у д а. Признавай этот перст во всем, так вернее. Вот если бы еще разглядеть, куда он указывает!.. Тогда я сказал что не могу поручиться за Иоанна.

Б а р у х. Иоанн умер. Твой Иисус - вроде бы не совсем такой же.

И у д а. Совсем не такой .

Б а р у х. А какой? Скажи мне честно, кто Он?

И у д а. Если верить людям, Мессия, Помазанник, Который спасет Израиль, - если Израиль хочет спасения.

Б а р у х. Прекрасно. Допустим, Он - Мессия. Но какой? Кто Он - политик, безумец, пророк, религиозный гений? Как к Нему подобраться?

И у д а. Он не из тех, кем можно управлять.

Б а р у х. Оставь! У каждого есть слабое место... Ладно, хватит слов, выложим на стол карты. Сила у Него есть, ничего не скажешь. Но если никто Им не займется, Он кончит хуже Иоанна. Священники и фарисеи сломают Его, как соломинку, если Он спровоцирует нелады с Римом. Они только и ждут, чтобы Он оступился, лизоблюды поганые. Неосторожное слово, опасный намек, что-нибудь про императора - и все! Ловушка захлопнется. Церковь и кесарь прикончат израильского Мессию. Как же спасется Израиль?

И у д а. Он не спасется, если не...

Б а р у х. Вот! Вот! "Если не..." Сколько раз я это слышал! Ты знаешь, что прибавляю я сам.

И у д а. Знаю, не знаю, а скажи.

Б а р у х. Если не будет восстания, и такого, чтобы за ним стояли организация и сила - наша сила, наша организация. Партия - готова. Нужен только лидер, демагог, который воспламенит воображение масс. Мозги - еще не все. Надо воззвать к эмоциям, чтобы эти рабы, эти крестьяне очнулись от спячки. Надо дать им то, за что они станут бороться и будут рады умереть.

И у д а. Умереть... Ты нашел верное слово. Когда-то и я думал, что Израиль пойдет к победе царским путем. Но нет, мы ошибались. С тех пор как я сидел у ног Иисуса, я знаю, почему Иоанн проповедовал покаяние. Путь к спасению идет через боль и смерть.

Б а р у х. А я не спорю. Пусть научатся дерзать и страдать. Кесарь проповедует иное спасение - богатство, процветание, мир, "порядок и безопасность". Словом, благосклонный деспотизм, охватывающий все страны, и ручной лев из колена Иудина, который покорно ест что дадут, словно вол в стойле. Они опаивают массы, а мы, у кого есть смелость и сила, - мы разводим склоки. Фарисей против саддукея, галилеянин против самарянина, дом Давидов против дома Иродова - спорим и ссоримся, пока нас не разоружат и не разложат. Порча зашла далеко, Иуда, далеко зашла.

И у д а. Так далеко, что ее не излечишь. Израиль должен пройти сквозь огонь, суд выжжет его нечистоту. Ты говоришь о спасении и все время пытаешься его избежать, как избегает больной целящего ножа. Благая весть то и возвещает, что чашу надо выпить до капли, унижение -претерпеть до конца. Только на дне отчаяния, из праха, расцветет белый цветок нашего счастья, Божьего спасенья.

Б а р у х. Да уж, весть благая, ничего не скажешь! Этому и учит ваш Мессия?

И у д а. Ты не понял... Никто Его не понял... Когда Он отобрал двенадцать учеников, Он повел нас на гору, подальше от народа. Там Он молился всю ночь, а утром позвал нас. Туман еще не рассеялся, веял прохладный ветерок, было тихо, очень тихо. Из-под скалы бил ручей, Он сел рядом, восходящее солнце светило Ему в лицо. Если бы ты Его видел! Если б ты слышал, как Он говорит о счастье и о Царстве Бога! Я слышу... всегда, до смерти.

И и с у с. ...Слушайте, и Я скажу вам, кому хорошо... кого благословил Бог.

Хорошо бедным, ничто не отделяет их от Царства. Хорошо несчастным, их души укрепит страдание. Хорошо смиренным, они принимают все как нежданный дар. Хорошо тем, кто хочет правды, как хотят хлеба, - они смогут радоваться Богу. Хорошо милостивым, и к ним милостив Бог. Хорошо тем, кто гасит ссоры, созидает мир - они очень похожи на Бога. Хорошо цельным, нера-здвоенным людям, они Бога видят.

И знайте, что вам - хорошо, когда вас ненавидят, когда оскорбляют, глумятся, гонят за Сына Человеческого. Если так будет, пляшите и смейтесь от радости - это верный знак, что у вас все правильно. Всех истинных пророков гнали, и Бог будет вам наградой.

А вот богатым - плохо! Они свое получили, им больше нечего ждать. Плохо сытым и самодовольным. В их душах - пустота, ее ничто не заполнит. Плохо пошлым и глумливым, они еще будут плакать, а чем утешиться - не знают. Вы же знайте, что вам очень плохо, когда вас все славят и хвалят, славили и хвалили только лжепророков!

Вы - соль земли. Если соль станет пресной, ничто не вернет ей вкуса. Она годится только на помойку.

Вы - свет мира. Встаньте и светите, чтобы люди видели ваши дела и славили вашего Отца на небе.

И у д а. Так возложил Он на нас бремя печали и глумленья, муки и позора, нищеты и покоя. Вот оно, спасение Божье. Мы ощутили какое-то странное счастье. Он благословил нас. Мы умылись в ручье и пошли вниз.

Б а р у х. Словно я сам побывал с вами... Что ж, если я сомневался в Его силе, больше я не сомневаюсь. Он сделал с тобой то, что я не счел бы возможным. Только -пусть поостережется собственных слов...

И у д а. Что ты имеешь в виду?

Б а р у х. "Славили и хвалили только лжепророков..." Если кого-то славят в Иудее, то именно Его! Трудно устоять, когда ты - идол толпы. Нужна очень большая... ну, цельность.

И у д а. Я за Него не боюсь. Его ничто не испортит.

Б а р у х. Это ты так думаешь. И Он - тоже... Но мы видели многих пророков. Начинают они хорошо, а там - последователи, успех... Оглянуться не успеешь, а тот, кто не мог и на жизнь заработать, такой он нездешний, берет подарки у богатых дам, устанавливает модные культы, вползает в политику.

И у д а. Ты не знаешь Учителя.

Б а р у х. Он - человек. У всех есть амбиции, хоть пус-тяшные. Сейчас - святая бедность, мы -не от мира, но ты еще увидишь, как плотник Иисус въезжает в Иерусалим под крики "Осанна!" Вспомни тогда, что я говорил.

Иуда (пылко). Если бы я так думал, я бы убил Его собственными руками сейчас, когда Он еще чист.

Б а р у х. Чепуха какая! Эти безумные гении на то и созданы, чтоб их использовать. Пускай слушает осанну, только бы у нас было войско, чтоб за Ним идти. Иначе -что ж, иначе кесарь еще раз прихлопнет то, что осталось от иудейской свободы.

И у д а. Это - неверный путь. Я так играть не стану.

Б а р у х. Спеху нет. Подумай как следует, поспи... А,

вот и моя хозяйка! Как раз вовремя, пожелаешь нашему гостю доброй ночи.

Ж е н а. Доброй тебе ночи, Иуда. Да хранят тебя ангелы. Наверное, твой друг уже спит. Иди потише.

И у д а. Доброй ночи, хозяйка. Доброй ночи, Барух. Я не передумаю.

Б а р у х. Иди, спи. (Хлопает дверь.) Ну, как они тебе?

Ж е н а. Мальчик очень хороший.

Б а р у х. Честный простачок. А Иуда?

Ж е н а. Он ему завидует, только сам того не знает.

Б а р у х. Очень может быть. Иуда - умен, но глуп. Я знаю, на что его взять, чтоб избавиться от Иисуса.

Ж е н а. Барух, а надо ли?.. Такая сила - от Бога!

Б а р у х. Как и сила огня. Он может поджечь мир. Ах, какое орудие, какое орудие в умелых руках! Молот против Кайяфы, меч в сердце кесаря. Если бы Его уловить... Боюсь только...

Ж е н а. Да?

Б а р у х. ...что Его и впрямь нельзя испортить.

Сцена II

Е в а н г е л и с т. Когда апостолы вернулись, они рассказали Иисусу о том, что сделали и как учили. И толпы шли к ним, столько народу, что они не успевали поесть.

Следующий отрывок - очень стилизован: на фоне всеобщего вопля, этого моря молений - островки бесед; каких именно - выбирать режиссеру.

Т о л п а: - Господи, помилуй! Христе, помилуй! Господи, помилуй! Сын Давидов, помилуй! Мы слепы, больны, несчастны. Открой нам глаза, научи нас, спаси нас, Господи! Что нам делать, чтобы спастись? Мой сын заболел! Дочь умирает! Мы темны, мы бедны. Учи нас и лечи, Господи! Иисусе Христе, Учитель, Врач, Помощник! Услышь нас, пожалей нас!

А. Я - нечист, я - нечист, я - в проказе! Помилуй меня! Иисус. Хорошо. Ты очищен.

A. Благословенно имя Иисусово!

Б. Мой сын - одержимый.

Сын (кричит). А-а-а! Не тронь их, Иисус, не тронь! Их очень много! Горю-ю! Не трогай меня! Иисус. Замолчи и выйди из него. Сын. А-а-а! (Рыдает.) Б. Слава Тебе, Господи Боже!

B. Слепой! Слепой! Пожалей слепого! Дай мне прозреть!

И и с у с. Гляди.

В. Солнце! Я вижу солнце!

Г. Глухой! Больной! Расслабленный!

У ч е н и к и: Именем Иисуса Назарянина!

Д. Я безумен, я несчастен!

У ч е н и к и: Именем Иисуса Христа.

Е. Я - хромой, я - глухой, я - слепой...

У ч е н и к и: Именем Иисуса...

И., К., Л. Мой отец при смерти! Сестра умерла! Я -вдова, я - сирота... умер... умер... умер...

И и с у с. Не умер, а спит. Встань, живи. К. Я - жив! Жив! Жив! Слава Богу Живому! Иаков. Вот мать с больным ребенком. Где Филипп?

И у д а. Спит. Филипп!

И а к о в. Не надо, я справлюсь.

Н а ф а н а и л. Иоанн, иди сюда! Помоги, тут у меня безумный.

И о а н н. Иду.

А н д р е й. Тут от старейшин, к Учителю.

С и м о н. Пускай подождут. Он пошел в деревню, к больным.

Фо м а. Может кто помочь? Она умирает!

И у д а. Хромой пришел на костылях.

И а к о в. А вот, на носилках, из Вифсаиды!

А н д р е й. Тут один к Иисусу... нет, к Матфею.

М а т ф е й. Сейчас, сейчас.

Фо м а. Давай я, ты еще не ел.

М а т ф е й. Нет, Фома. Я его знаю.

И у д а. Старуха с больной ногой...

Н а ф а н а и л. Ой, не могу, все эти ноги! Где она?

Т о л п а (все настойчивей): Мы здесь, мы здесь, мы ждем! Слепые, больные, несчастные!

Господи, помилуй! Где Иисус? Ведите нас к Иисусу! Пожалейте нас, бедных! Андрей. Иоанн вернулся. Иоанн. Я прислан. Андрей. Что с тобой? Иоанн. Ничего. Устал.

С и м о н. Так нельзя, мы не выдержим. Поесть не успеваем, поспать...

М а т ф е й. Как их прогонишь? Им плохо. Иоанн. Учитель никому не отказывает.

А н д р е й. Не пойму, как у Него сил хватает. Один за другим, один за другим...

С и м о н. Совсем нас замучил.

И а к о в. Себя - еще больше.

И у д а. Иоанн, тебя кто-то зовет.

И а к о в. Он не может.

И о а н н. Могу.

И а к о в. Брат, пощади себя!

И о а н н. Слишком много в мире страданий.

Т о л п а (в отдалении): Иисус! Иисус Назарянин! Меня!.. Мне!.. Меня!..

С и м о н. Учитель вернулся.

И и с у с (в отдалении). Ты здорова. Иди, живи лучше... Встань, благодари Бога... Открой глаза. Ты верил - и прозрел... Дай мне ребенка...

Т о л п а: Слава Господу Богу! Слава Иисусу, Пророку Господню! Как нам тебя отблагодарить?

И и с у с. Любите друг друга, соблюдайте заповеди, молитесь, чтобы пришло Царство. Вот что угодно Богу. А теперь - идите. Идите домой, идите с миром. Да будет с вами Дух нашего Отца!

Т о л п а: Аминь!

И и с у с (быстро входит). Вы хорошо поработали, ловцы человеков, сети полны, вот-вот прорвутся. Иоанн, ты сейчас упадешь! Дай Мне руку. Придется Мне лечить учеников! У тебя, Андрей, болит голова. Филипп совсем устал, да и ты, Иаков, невесел. Симон!

С и м о н. Да, Учитель?

И и с у с. Что-то Мне кажется, ты ворчал. Ел кто-нибудь?

И о а н н. С-с-столько народу, мы т-т-так устали. Имей мы больше веры, было бы легче. Ты ушел... Но мы готовы лечить, с-сколько Ты хочешь!

И и с у с. Нет, не надо. Пойдем туда, где потише, отдохнем. Я не хочу мучить вас, Симон.

С и м о н. Прости меня, Учитель. Разворчался я тут... Мне очень жаль.

И и с у с. Правда? Вот послушай. Жил человек, у него было два сына. Он позвал их помочь в поле. Один говорит: "Сейчас, сейчас", - но встретил друзей и все забыл. Другой сказал: "Ну, прямо! Не люблю в земле копаться". А потом думает: "Пойти, что ли?" - поворчал и пошел. Кто из них творил волю отца? Не отвечай, и так понятно. Положите в корзины еды, разбудите Филиппа. Сядем в лодку и переплывем на ту сторону, к Вифсаиде. Заночуем в горах, а Господь Израилев даст отдых народу Своему.

Сцена III

Неподалеку от Вифсаиды, уже за Иорданом.

Е в а н г е л и с т. Итак, они отплыли в пустынное место, но люди увидели их, узнали Иисуса и поспешили за ними. Когда на другой день Иисус вышел на склоны, Он увидел толпу и всех пожалел, словно стадо овец без пастыря. Он учил их и лечил больных.

Т о л п а: Поговори с нами, поговори! Будь милостив, утешь нас! Мы устали, проголодались, хотим пить. Покорми нас, Пастырь Иэраилев!

А н д р е й. Учитель, уже поздно, а им нечего есть.

И о а н н. Дети плачут. Что с ними делать?

И у д а. Может, послать кого-то в селенье, пусть купит пищу?

И и с у с. Зачем? Поделитесь с ними.

С и м о н. Да что Ты! Откуда столько взять? Их тысячи три-четыре.

Фо м а. Не меньше пяти.

И и с у с. Пойдите, купите что-нибудь. Иди ты, Филипп. Возьми денег у Иуды.

Ф и л и п п. Да тут сколько надо! Монет двести, и то еле-еле перекусят.

И у д а. Ты уж скажи, двести слитков! Нет, нельзя.

И и с у с. Посмотрите, сколько у нас еды.

Ф и л и п п. Я смотрел, там очень мало.

А н д р е й. Пять хлебов, две сушеных рыбки. Это на такую ораву!

И и с у с. Делай что можешь и доверься Богу. Скажите им, чтобы сели - вон там, на склоне. Что тебе, Фома?

Фо м а. Глупо как-то... Ладно, дело Твое.

И и с у с. Больше верь, меньше спорь.

М а т ф е й. Ну, Фома! Спорь, не спорь, прав-то Учитель. Так уж всегда.

Фо м а. Не люблю дураком выглядеть.

М а т ф е й. Разве это важно? Ты делай.

А н д р е й. А что им сказать?

И а к о в. Ну, что-нибудь... Эй, люди! Учитель все знает. Мы не ждали столько гостей, угощенья не приготовили, но чем богаты... (Довольный гул.) Садитесь, рассаживайтесь!

М а т ф е й. Рядами, рядами... человек по пятьдесят. Вот, вот... Подвинься немного, золотко... это твой сынок? Молодец. Так, так... Вот так! (Смущенье, кто-то смеется.)

Ученики: Тут... и еще тут... Другой ряд... Нет, нет, подальше...

Потеснее... Четыре... шесть... восемь... Сюда, между этими камнями...

Тут человек сто уместится...

И о а н н. Учитель, все расселись. Служить им?

И и с у с. Дети Израиля, вы - Мои гости, у Моего Отца на пиру.

И о а н н. Ты благословишь хлебы?

И и с у с. Отец всякого блага, спасибо Тебе! Благословен Твой хлеб для тела и слово Твое - для души. Аминь.

У ч е н и к и: Аминь.

И и с у с. Несите, раздавайте, чтобы все ели и наелись.

Ученики: Пожалуйста... просим... так... и ты... так... пожалуйста...

Т о л п а: Благодарение Богу! Благословен Пророк Его!

Евангелист (на фоне криков). И они ели, и наелись, и собрали остатки в пять корзин.

Т о л п а: Пророк! Иисус Пророк! Слава Иисусу! Чудо! Царство!...молоком и медом! Благословен Пророк Божий! Накормил нас!..За Ним, за Ним... Пророк!

Г о л о с: Мессия! Мессия!

Т о л п а: Иисус - Помазанник! Иисус - Христос!

Г о л о с: Пусть будет у нас царем!

Т о л п а: Царя Израилю! Иисус - царь!.. Царь!.. Царь Иудейский!

И и с у с. Тише, глупые вы люди!

Т о л п а (заглушая Его голос): Будь нашим Царе-о-ом! Не хотим другого! Иисус! Иисус! Иисус!

И у д а. Что будешь делать, Учитель?

И и с у с. Идите вниз. Садитесь в лодку. Скорее! Я сейчас.

С и м о н. Сними голубое покрывало.

И а к о в. Дай мне.

С и м о н. Да, накинь, Иаков. Ростом ты - с Учителя...

Т о л п а: Вот Он! Там, там! Голубая накидка! Голубая накидка! Хватай! Веди в Иерусалим! Мессия! Мессия!

Сцена IV

Галилейское озеро.

Плеск воды, скрип весел, шум ветра.

С и м о н. Навались, ребята, - будет буря. Вон какие тучи бегут, луну закрыли!

И о а н н. Да, ночь предстоит нелегкая. Надеюсь, Учитель от них ушел.

И у д а. И я надеюсь. И еще... ладно, не стоит!

А н д р е й. Что ты хотел сказать, Иуда?

И у д а. Так, думал... От кого Он избавился, от них или от нас? Может быть, сейчас они ставят Его Царем.

С и м о н. Как, без нас? Он никогда не допустит! Когда Он станет Царем, мы будем с Ним.

Ф и л и п п. На престолах, Он сам сказал. Чтобы судить двенадцать колен Израильских.

И у д а. Так-таки и сказал?

И а к о в. Да. Помню, мы спорили о Царстве. А вообще-то, это Он пошутил. Все равно за нашей спиной Он ничего не сделает.

И у д а. Ты уверен?

И а к о в. Конечно. Какая чушь тебе в голову лезет!

И о а н н. Учитель не хочет быть Царем. То есть, таким Царем.

И у д а. Не хочет? Он на это напрашивался! Столько народу, такое чудо... Чего же Он ждал?

И о а н н. Они не понимают.

Фо м а. А мы?

И о а н н (с трудом подбирая слова). Когда я держал этот хлеб... и на всех хватало... он просто умножался под рукой... Нет, не знаю! Словно мы касались самого источника жизни... Словно...

С и м о н. Иоанн! Иоанн! Очнись! Окуни голову в воду!

А н д р е й. Где мы сейчас?

С и м о н. Мили три прошли, такой ветер.

Ф и л и п п. Ночь - хуже некуда.

А н д р е й. Глядите, вал идет!

Вал ударяет в лодку.

М а т ф е й. Да, радости мало. На суше - поспокойней.

И о а н н. Бедный ты, не привык! Вот, возьми, вычерпай воду.

М а т ф е й. Ладно, больше разу не умрешь. Те, кто выходят в море, видят чудеса Господни... Ой! Вы-то привыкли, а я... да чтоб я... Ой! Ой! Глядите!

А н д р е й. Что там?

М а т ф е й. Не знаю. Идет к нам, по воде...

И у д а. Чепуха!

И а к о в. Ничего не вижу

М а т ф е й. Подожди, туча пройдет. Глядите! Какой-то дух!

Ученики: Господи, спаси нас! Это бес! Нет, ангел! Привидение! Утопленник!

С и м о н. Приналягте, а то - конец!

М а т ф е й. Господи, прости меня... прости., я большой грешник...

Ф и л и п п. Если бы тут был Учитель! "

И а к о в. Скажи ему что-нибудь!

С и м о н. Во Имя Господне, кто ты?

И и с у с. Я ЕСМЬ.

С и м о н. Он сказал Божье Имя!

И и с у с. Не бойтесь, это Я.

И о а н н. Это - Он.

С и м о н. Это правда Ты, Господи? Нет! Подожди меня.

И и с у с. Хорошо. Иди ко мне, Симон.

С и м о н. Иду, иду.

А н д р е й. Симон, ты с ума сошел!

С и м о н. Пусти! ... ?

А н д р е й. Осторожней, лодка! Да держите вы его!

И а к о в. Ушел... Идет по воде...

Ф и л и п п. Волны несут его...

И о а н н. Смотрит на Учителя... О, Господи милостивый!

Фо м а. А теперь-на нас... Зовет...

Ученики (все вместе): Тонет!

С и м о н. Тону! Тону! Помоги мне!

И и с у с. Держись за Меня, Я здесь. Почему ты вдруг усомнился?

С и м о н. Испугался я... волны, ветер...

И и с у с. Все шло хорошо, пока ты о себе не думал.

А н д р е й. Тащите его! Сюда!

Ветер и волны. .

И и с у с. Вы Меня боитесь?

И о а н н. С Тобой мы никого не боимся.

М а т ф е й. Дорогой Учитель...

И и с у с. Да будет с вами мир.

Ветер мгновенно стихает.

С и м о н. Буря прошла. Иисус. Земля близко. Андрей. Эй, греби!

Апостолы поют:

Кто к Богу воззовет,

Тот в бурю устоит,

Тот чудеса узрит

И по воде пойдет.

Кто в бурю устоит,

Тот в гавань приплывет,

И Бога обретет,

И чудо сотворит.

Сцена V

Капернаум.

Е в а н г е л и с т. На следующий день по ту сторону озера народ искал Иисуса, ибо видел, что Он не садился в лодку с учениками. Его не нашли, переправились на этот берег - вероятно, к тому времени приплыли какие-то лодки - и отправились искать Его в Капернаум. Там Он учил, у синагоги.

1-й     и у д е й. Вот Он!

2-й     и у д е й. На этот раз не упустим. Равви! Равви!

И и с у с. Да?

1-й     и у д е й. Мы Тебя всюду ищем. Как Ты сюда перебрался? Там не было больше лодок.

И и с у с. Разве это важно?

3-й     и у д е й. Нет, нет, конечно, - а все-таки...

2-й     и у д е й. Наверное, Ты совершил еще одно чудо.

1-й     и у д е й. Так хорошо на них смотреть!

И и с у с. Вряд ли вы ищете Меня из-за чудес. Вы пришли, потому что ждете благ, вроде хлеба и рыбы. Как тяжко вы трудитесь ради пищи, которая выходит вон! Трудитесь ради той пищи, которая готовит тело и душу к вечной жизни.

3-й     и у д е й. Да, а теперь?

2-й     и у д е й. Как трудиться для Бога?

И и с у с. Очень просто: довериться Сыну Человеческому, Которого Он послал.

3-й     и у д е й (исключительный буквалист). А может, ты считаешь, что рыбы и хлеб и есть знамение? Но они - не с неба, а из корзины.

3-й     и у д е й. Наши предки ели манну, Моисей дал такой знак. Она уж точно - с неба!

И и с у с. Сколько вам говорить, их накормил не Моисей. Вот Мой Отец и впрямь дает небесную пищу. Тот, Кто пришел к вам с неба, - хлеб Господень, отдающий за вас Свою жизнь.

-248-

1-й     и у д е й. Так дай нам этого хлеба, чтоб мы никогда не голодали!

И и с у с. Я - хлеб жизни. Кто пришел ко Мне, не голодает, кто верит в Меня - не жаждет. Я творю волю Отца, а она - вот в чем: кто верит в Меня, обретет вечную жизнь, и Я воскрешу его.

1-й     и у д е й. Что это Он говорит?

2-й     и у д е й. Как это Он - хлеб?

3-й     и у д е й. Воскресит? Да Кто Он такой?

1-й     и у д е й (тихо). Иисус, сын назаретского плотника.

2-й     и у д е й. Да, да, это мы знаем.

1-й     и у д е й. И родителей знаем. Мария, Иосиф бен Илия. Что за чушь, почему это - с неба?

И и с у с. Не шепчитесь. Скажу снова: Я - хлеб жизни. Ваши предки ели манну в пустыне и все равно умирали. Ешьте хлеб, который - с неба, и будете жить, не умрете. Снова и снова скажу вам: Я - этот Хлеб Жизни. Я дам вам в пищу Самое Тело, чтобы мир не умер.

1-й     и у д е й. Сошел с ума! Как это - тело, и в пищу?!

2-й     и у д е й. Не понимаю!

И и с у с. Снова и снова скажу вам: если не едите Мое тело и не пьете Моей Крови, в вас нет жизни. Ибо Тело Мое - пища, и Кровь Моя - питие. Отец послал Меня, Им Я жив - так и тот, кто меня ест, будет жив Мною.

1-й     и у д е й. Он богохульствует! По Закону крови нельзя и касаться.

2-й     и у д е й. Язычество, вот это что.

3-й     и у д е й. Он язычник - или безумец.

2-й     и у д е й. Идемте отсюда, ну Его!

3-й     и у д е й. Конечно, конечно! Я просто хотел посмотреть.

1-й     и у д е й. И как только разрешают!..

Уходят, сварливо бормоча.

А н д р е й. Учитель, они недовольны. Если Ты будешь говорить так странно, Ты всех растеряешь.

Фо м а. Я и сам толком не понял. А ты, Иуда?

И у д а. Я видел, как пришла и ушла большая опасность. Но проповедуешь Ты Божье Царство - или Себя Самого...

И и с у с. Ты прав, в любом случае это - для немногих. Толпа отхлынула. Утешься тем, что они Меня царем не поставили.

И у д а. Да, Ты их напугал. Что ж, и на том спасибо.

И о а н н. Учитель, что Ты имел в виду? Как можно есть Твою плоть?

И и с у с. Сейчас скажу. Фома, ты еще растерян? Из-за этих слов: "Я - с Неба"? А что будет, когда ты увидишь, как Сын Человеческий восходит на небо? Тебя испугали слова про плоть. Без Духа она - ничто, это Он дает ей жизнь. Слова, которые Я говорю вам, - Дух и жизнь. Но не все вы Мне доверяете.

М а т ф е й. Мы-то доверяем, но многих ты отпугнул. Кое-кто не вернется.

И и с у с. Да, и ты прав. А вы хотели бы уйти?

С и м о н. Куда нам идти? У Тебя - слова вечной жизни.

И и с у с. Ты так думаешь? А вот скажите, кем Меня считают?

И а к о в. Одни - Иоанном Крестителем...

А н д р е й. Другие - Илией или еще кем из пророков.

И и с у с. А вы?

Ученики: Ты-наш Учитель, наш Господин...

С и м о н. Ты - Мессия. (Меняет тон.) Ты - Сын Бога Живого.

И и с у с. Благословен ты, Симон, сын Ионин, ибо сказал так не от себя. Не плоть и кровь открыли тебе это, твоими устами говорил Бог.

С и м о н (растерян). Сам не знаю, почему я так сказал. Просто... просто сказалось.

И и с у с. Когда-то Я обещал дать тебе новое имя. Теперь ты его заслужил. Ты уже не Симон, а Петр, то есть камень, скала. На этом камне Я построю Свою Церковь, и врата ада не поглотят ее. Ты будешь связывать людей с Богом и расторгать их узы с миром. Что ты свяжешь, связано на небе; что расторгнешь - расторгнуто.

Не говори никому того, что Я сказал. Не повторяй и того, что Я - Мессия. Враг силен, дорога трудна. Наверное, я пройду через скорбь, к позорной казни. Я умру, чтобы воскресить Мой народ.

С и м о н. Что ты говоришь?! Какая казнь?! Этого не будет. Этого быть не может, Учитель, одумайся! Не надо!

И и с у с. Ты искушаешь Меня? Опять Мне бороться с дьяволом? Что ж - отойди, сатана! Твои слова уже не от Бога, а от мира. Если кто хочет идти за Мной, пусть идет, как Я, путем скорби. Если он вцепится в жизнь, он ее потеряет. А вот если готов потерять - он ее спасет. Снова и снова скажу вам: некоторые из вас не вкусят смерти, пока не увидят, как придет во славе Божье Царство. Иоанн, помолись со Мной. Мне нужна твоя вера.

И о а н н. Хорошо, Учитель... Только научи, о чем молиться.

Небольшая пауза.

С и м о н. Прости меня, Господи, что я сделал? То я -скала, то - сатана...

Филипп (горестно). Что вообще случилось? Так было хорошо, а теперь - ушло куда-то...

Фо м а. Ты что-нибудь понимаешь, Иуда?

И у д а. Понимаю. А вы?

И а к о в. Наверное, Иоанн понимает.

Е в а н г е л и с т. Вот свидетельство Иоанна, любимого ученика: в начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человекам. И Слово стало плотью, и обитало с нами ...

Другие материалы по теме
Категория: Дороти Л. Сэйерс | 15.11.2007
Просмотров: 1016 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
avatar
Залогиньтесь
Поиск
Новости отовсюду
Статистика






Copyright MyCorp © 2017 Сайт управляется системой uCoz