Вторник, 12.12.2017, 06:19
  Фарисеевка...аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидите в Царствие Небесноe...
Меню сайта
История Церкви
Свящ. Г.С.Петров [7]
Запросы современной церкви (1905 г.)
Д.И.Багалей [12]
История города Харькова. Церковь и духовенство
По пути возрождения [13]
Материалы СЦ ЕХБ
Свящ. К.Смирнов [7]
Письмо Патриарху Тихону
А.Левитин–Краснов, В.Шавров [3]
Очерки по истории русской церковной смуты
Да будут все едино [16]
"Низовой" экуменизм. Или попросту братолюбие.
Оливье Клеман [43]
Беседы с патриархом Афинагором
Сегодня
Чтения от Библия-центр

Богослужебные указания
Голосование
Ваше отношение к межконфессиональному диалогу и сотрудничеству?
Всего ответов: 868
200
-->
Друзья сайта

Библиотека святоотеческой литературы

Marco Binetti. Теология, филология, латинский язык.







Библиотека Якова Кротова



Богословский клуб Эсхатос

Главная » Статьи » История Церкви » Д.И.Багалей

История города Харькова, гл. 25, ч.4

Из приходских священников большим уважением пользовался протоиерей Иаков Прокопович, начавший свою службу в Михайловской церкви с 1799 г., долго бывший благочинным харьковских церквей, а потом членом консистории. В Николаевской церкви протоиерей Георгий Маевский священствовал целых 44 года. Церковь много обязана ему своим расширением и благоустройством [11]. В Троицкой церкви около 30 лет (1810-1839) священником был протоиерей 3. Ковалевский.

Среди представителей следующего поколения духовенства, расцвет деятельности которых относится уже к Николаевскому времени, следует отметить преемника Прокоповича по настоятельству в соборе, протоиерея Степана Ивановича Антоновскаго Антоновский, по происхождению сын дьячка из Купянского уезда, учился в Харьковском коллегиуме, потом в Киевской академии в тот период ее жизни, когда она была, по выражение одного ревизора, "сатирой над человеческим разумом"; из Киева возвратился в коллегиум уже учителем. "Весьма способен, отменно трудолюбив и примерно честен" — так аттестовал преосвященный Сулима учителя Антоновского в 1811 г. Понятно, что когда Антоновский пожелал посвятиться во священники, рясу на него возложили с радостью, как на человека "препохвального поведения, соединенного с кротостью примерных нравов, совершенно приличных духовного состояния человеку". Брачный пир юного учителя, женившегося на дочери протодиакона Александрова, удостоил своим посещением сам преосвященный владыка. В день посвящения его в духовный сан, он, не в примерь прочим, получил из архиерейских рук и набедренник. Антоновскому дали место священника в соборе, оставив его в то же время преподавателем коллегиума. Антоновский заявил себя "ученостью и отличными трудами, несомыми как в учительском звании с примерным тщанием и ощутительною для юношества пользою, так и в должности присутствующего в правлении коллегиума и библиотекаря коллегиумской библиотеки, приведенной попечительностью его в наилучший порядок и хранимой в совершенном устройстве". В воздаяние этих достоинств, двадцатисемилетний иерей возведен был в протоиереи. В 1821 г. Антоновский был уже членом консистории, а в 1820 г., после смерти Прокоповича, был назначен настоятелем собора.

Антоновский на месте настоятеля собора оказался очень полезным и для церкви, и для причта, он много содействовал увеличению церковных доходов, особенно через устройство вокруг собора торговых лавок. При содействии церковных старост и попечителей он приобрел для собора деньгами от пожертвований до 50 тыс. руб. с. и докончил постройку соборной колокольни. Ему же обязан соборный причт устройством доходного четырехэтажного церковного дома на углу Николаевской площади и Московской улицы.

Антоновский умел сочетать в себе редко находящиеся в сочетании таланты администратора-практика и ученого педагога. Нужно при этом заметить, что педагогические обязанности отрывали у него немало времени. С 1817 г. Антоновский состоял смотрителем уездного и приходского училищ, с 1827 но 1843 г. он был законоучителем в институте благородных девиц, с 1821 но 1826 г. — учителем греческого языка и законоучителем в 1-й гимназии, с 1843 по 1849 г. - законоучителем 2-й гимназии. Членом консистории Антоновский прослужил 34 года, неся при этом разные должности по епархиальному управлению. Три раза Антоновскому приходилось исправлять обязанности ректора семинарии. Трудолюбие Антоновского видно уже из того, что при всех своих разнообразных пастырских. административные и педагогические обязанностях он находил время и для научных трудов, преимущественно в знакомой ему области педагогики. Из печатных трудов его известны: 1) Арифметика, 2) Вопросы и ответы из риторики г. Рижского, 3) Дополнение примеров к риторике Бургия на латинском языке; из его печатных проповедей известны два "слова": одно на смерть первого ректора университета Рижского, другое - на смерть преосвященного Аполлоса. Ему же, по словам прот. Буткевича, принадлежит, будто бы, все то, что сказано о Харьковском Успенском соборе во II отделении "Историко-статистического описания Харьковской епархии архиепископа Филарета.

Умер Антоновский в 1855 г. и похоронен в подвальном этаже им законченной соборной колокольни [12].

Видную роль среди харьковского духовенства первой половины XIX в. играл протоиерей Григорий Гнедич. При преосвященном Сулиме Гнедичь был певчим архиерейского хора. Постепенно повышаясь по иерархической лестнице, Гнедич достиг протоиерейства и ключарского места, неся в то же время и обязанности экзаменатора ставленников. Испытания эти, как говорят, вводили в искушение не только ставленников, но и оо. экзаменаторов. Про того же Гнедича рассказывают, что "особенность его экзаменов состояла в том, что они обязательно должны были сопровождаться приношенения со стороны экзаменующихся в виды рому, вина, чаю, сахару и т. п. Денег, говорят, он не брал, тем не менее, от этих приношений зависел успех дела. Петр Секирский, впоследствии известный протоиерей и настоятель Мироносицкой церкви, в то время всего только окончивший курс семинарист, приискал себе невесту и место, и остановка была только за рукоположением. Идет он, по обычаю, к Гнедичу, но в дар ему не несет ничего... Ходит день, другой, третий, но толку нет... Бедняк в горе. Наконец уже кто-то растолковывает ему, в чем суть дела. Тогда Секирский, ни мало не медля, идет к Гнедичу с кульком, в который сложено было: бутылка рому, бутылка мадеры, штоф кизлярки и сколько-то чаю и сахару. Гнедич приказал ему явиться на утро, а сам, как человек аккуратный, пересмотрел приношение, нашел его удовлетворительным и на осьмушки бумаги записал: "от П. Секирского 1 бут. рому, 1 бут. мадеры" и т. д. Все это бы ничего, но как-то этот клочок бумажки попал в средину прошения Секирского к владыке, — прошении, на котором Гнедич сделал уже самый благоприятный отзыв. На утро Секирский с прошением этим спешит к преосвященному. Последний принимает его и едва развертывает лист, как злополучная записка Гнедича выпадает из него и, понятно, как приложение к ирошению, попадает в руки владыки. Молодой семинарист не постеснялся объяснить смысл и значение ее, и тогда, удостоверившись в справедливости всего, владыка немедленно освободил Гнедича от обязанностей экзаменатора, и самую должность эту уничтожил, как излишнюю" [13].

Анекдот это или правда, не знаем, но знаем, что Гнедича очень ценили. Когда, при преосвященном Иннокении, Гнедич задумал перейти из кафедрального собора в Николаевскую церковь, ссылаясь на недостаток получаемого им из собора содержания, преосвященный надписал на его прошении: "служение о. протоиерея Григория Гнедича весьма нужно для собора; посему предложить ему остаться при соборе, а об улучшении способа к содержанию его имеет быть приложено надлежащее попечение" [14]. Умер Гнедич около 1844 г. Так можно думать потому, что в этом году место ключаря занял о. Александр Малиновский.

Преемником Антоновского по настоятельству в Успенском соборе был протоиерей Александр Георгиевич Кустов. Родом из Тверской губ., Кустов получи ль образование в Петербургской духовной академии и приехал в Харьков на должность учителя коллегиума. Из Харькова он перешел в Купянск, а потом в Ахтырку, посвящен в священники, а в 1843 г. переведен в Харьков на должность кафедрального протоиерея при Покровском соборе. В 1846 г. при переносе кафедры перешел на службу в Успенский собор. В соборе таким образом явились два независимых друг от друга начальника: кафедральный протоиерей Кустов и настоятель собора Антоновский. Это отзывалось на делах собора очень не выгодно. После смерти Антоновского стало, впрочем, еще хуже. "Неблагообразие соборного храма - рассказывает о. Т. Буткевич - нечистота, скудость в самом необходимом возмущали преосвященного Макария. Соборные стены были крайне запылены; священники служили в порванных и неблагообразных, обветшавших священнических одеждах; для престолов не было переменных облачений; для всего храма - ни одного ковра. На замечания преосвященного никто не обращал внимания. Кафедральный собор стал непригляднее и скуднее каждой приходской церкви в Харькове. На вопрос преосвященного о причине такого беспорядка и скудости в соборе церковный староста отвечал, что главный виновник запущенности собора и оскудения соборной кассы есть никто иной, как сам настоятель собора, который не только не заботится об интересах церкви, а еще сам первый расхищает ее суммы, берет себе ежегодно какого-то добавочного жалованья по 700 руб., а остальным трем священникам, из тех же сумм выдает ежегодно по 300 р., берет церковные деньги, сколько хочет и когда хочет, на какую-то библиотеку, на наем певчих и т. д. " Следствие, назначенное консисторией, подтвердило - говорит о. Буткевич - верность всех этих фактов. Несмотря на это, Кустов остался настоятелем собора до самой смерти. Положение его среди епархиального духовенства было почетным. Кроме прямых своих обязанностей по собору, Кустов нес обязанности преподавателя в институте благородных девиц, был членом консистории, цензором проповедей, блюстителем за преподаванием богословия в университете и Закона Божия во всех светских учебных заведениях Харькова и директором попечительного о тюрьмах комитета. И архиереи, и духовенство, и горожане ценили и уважали Кустова. Начальство наградило его всеми наградами, какие только можно дать священнику. Самою высшею наградой была митра, отличие для белого духовенства крайне редкое, а в Харькове - единственное за все время существования города. В 1881 г. Кустов торжественно отпраздновал 50-летний юбилей своего священства. Это был последний год его жизни. 29 ноября 1881 г. он участвовал в освящении церкви на Заиковке. Когда пришло время кропить св. водой стены церкви, он подошел к горнему месту, моментально упал на него и был поднят уже мертвым. 1 декабря в торжественной процессии с преосвященным Иустином во главе прах кафедрального протоиерея быль перенесен в собор, а 3 декабря его похоронили в подвальном помещении соборной колокольни.

Кустов оставил после себя маленький домик и большие долги. Все имущество его пошло с аукциона, не исключая и книг из его домашней библиотеки [15].

Современником и сослуживцем Кустова, моложе его по возрасту, но ранее его умершим, был ключарь собора, известный не только Харькову, но и всей епархии, протоиерей о. Александр Малиновский, иначе "люби, Боже, правду", как называли его обычно но любимой его поговорке. Ученостью о. Александр не отличался. Харьковец родом, Малиновский по окончании курса в коллегиуме, после нескольких месяцев священства в деревне, устроился в Харькове вторым священником при Николаевской церкви, расширению и украшению которой много содействовал. Вообще это был хозяйственный батюшка, а потому, вскоре после его появления в Харькове, мы видим его членом всяких хозяйственных комиссий: он и о бедных духовного звания печется, и архиерейскую ризницу обновляет, и деньги на колокол в монастырь собирает, и семинарию строит, и архиерейскую дачу, и кладбищенскую церковь, часто не жалея своих собственных средств. В 1814 г. о. Александр назначен ключарем и в этой должности пробыл до самой смерти, с головой погруженный в хозяйственные хлопоты: он участвует в комитете по устройству приюта для девиц духовного звания и в комитете по размежеванию земель архиерейского дома, и в комитете по постройке семинарии, здания в Хорошевском монастыре, церкви в Большой Даниловке, каменного корпуса при архиерейском доме, епархиального училища, он же наблюдает за распорядительною частью в этом училище и состоит казначеем по епархиальной эмеритальной кассе. Два раза о. Александру приходилось нести благочинническую должность. Хлопот всякого рода выпало вообще на его долю больше, чем на чью иную. Хозяин - ключарь это был незаменимый, и епархиальные владыки при нем могли спать спокойно, уверенные, что по хозяйственной части у них все обстоит благополучно. К тому же Малиновский и берег их и даже, можно сказать, баловал в случае капризов. Знала его буквально вся губерния — и духовные, и светские. Простой, добродушный, общительный, о. Александр пользовался громадной популярностью: его все любили. Умер Малиновский в 1873 г. и похоронен на том самом Усекновенском кладбище, церковь которого ему когда-то довелось строить [16].

Среди видных представителей харьковского духовенства Николаевскаго времени нельзя не отметить двух ученых протоиереев - Зимина и Лебедева, последовательно занимавших кафедру богословия в Харьковском университете. О. Иоанн Зимин - магистр Московской духовной академии, профессор коллегиума, потом священник при Успенском соборе, законоучитель в гимназии и институте, ректор духовного училища и, наконец, с 1837 г. - профессор богословия, церковной истории и церковного законоведения в университете и настоятель университетской церкви. Университетские лекции Зимина, по отзыву одного из его слушателей, "отличались простым, ясным изложением, выражали полную сердечную веру лектора в то, что им излагалось, но для высшего учебного заведения были несколько элементарны, недостаточно обоснованы, а потому слушателей не вполне удовлетворяли; взамен того убежденный преподаватель христианского закона привлекал к себе всех самою личностью своею, полною кротости и добросердечия" [17]. После оставления профессуры Зимин был определен настоятелем Воскресенской церкви с освобождением его от обязательного очередного служения по храму и приходу. Умер он в 1858 г. [18]

Преемником Зимина на университетской кафедре был Павел Исаевич Лебедев. Это был уже не только профессор, а и настоящий ученый, отличный знаток древних языков, на которых он, по рассказам современников, не только писал, но и говорил свободно. Магистр Киевской академии, Лебедев по окончании курса назначен был профессором философских наук в Харьковский коллегиум, потом перешел законоучителем в 1-ю гимназию. Когда преосвященный Иннокентий, тогда архиепископ харьковский, задумал свой "Памятник православной веры", он нашел себе лучшего помощника в лице о. Павла. Лебедев усердно занялся переводом церковных актов, особенно с греческого, показав при этом много знания и ученой проницательности при разборе древних памятников, нередко в испортившихся от времени хартиях, и разъяснения темных в них мест и выражений. Другой ученый владыка - Филарет также высоко ценил эрудицию Лебедева и, когда в университете открылась кафедра богословия, никого не нашел столько достойным ее, как Лебедева. Профессором Лебедев пробыл до 1858 г. И после профессуры он не прекращала ученых занятий и умер, окруженный "рядами и грудами книги всякого рода" [19].

Уже в сороковых годах среди харьковских "батюшек " видную роль начинают играть академисты. Принимались они с великою радостью, получали лучшие приходы, делали карьеру. Рядом с ними шли и семинаристы из тех, что поспособнее. И вот мы видим батюшек нового тина, не склонных ограничивать сферу своей деятельности священнослужением и требоисправлением. Благоприятная по местным условиям пора для духовенства этого типа настала уже при Иннокентии. Уже тогда видную роль среди духовенства стали играть академисты - о. Иоанн Шероцкий, настоятель Троицкой церкви и благочинный, и о. Гапонов, перешедший в Харьков из Путивля священником в собор. Впоследствии Гапонов был преподавателем богословия в ветеринарном институте. Еще больше понадобились образованные священники при ученом Филарете; наконец, при Макарии, когда на очередь были выдвинуты вопросы церковных преобразований, образованное священство, способное к общественной деятельности, стало и совсем необходимым. Это была "эпоха великих реформ", задевшая отчасти и церковь. Духовенство призвано было к участию в разрешении таких вопросов, как улучшение материального и нравственного быта своего сословия, народное образование, устройство церковно-приходской жизни, и даже к участию в общественном самоуправлении - земском и городском. Для разработки вопросов богословских и церковно-общественной жизни в Харькове основывается журнал "Духовный Вестник", в котором приняли участие все лучшие силы из харьковского духовенства. Во главе дела стоял Василий Иванович Добротворский, профессор богословия в университете и настоятель университетской церкви. По образованию и душевным качествам это был выдающийся человек среди местного духовенства. Уроженец Смоленской губернии и воспитанник Киевской академии, а потом преподаватель ее, Добротворский в 1858 г. был назначен профессором богословия, логики и психолога в Харьковский университет. Целых 36 лет прослужил о. Василий в университете, пользуясь в нем общею любовью и уважением как товарищей, так и учащихся за его светлый ум, солидные знания, честную душу, любвеобильное сердце. Искренне верующий, он также любовно и благоговейно чтил и науку; вера и знание сливались в нем в одно просветительное начало, в силу которого и был да, так дорог университету. Чуждый узкой односторонности, он живо интересовался движениями научной мысли в разных областях знания. "Духовный Вестник" издавался им с 1862 г. по 1867 г. Это был, по отзыву проф. А. С. Лебедева, журнал весьма ценный по обилию серьезных научных статей, в том числе и статей самого издателя, а также и других сотрудников журнала. Остальную часть своей жизни В. И. отдал научной и преподавательской деятельности. В епархиальные дела он не вмешивался и никаких должностей по управлению не занимал. Умер Добротворский в 1894 г. [20].

Не меньшим уважением пользовался и современник Добротворского, известный всему Харькову протоиерей Тимофей Семенович Павлов. Воспитанник Харьковского коллегиума и Киевской академии, Павлов по окончании курса некоторое время учительствовал, потом был рукоположен в священники и назначен законоучителем 1-й гимназии, потом перешел в институт., долго преподавал в 3-ей гимназии и пользовался искренним расположением своих питомцев. В тоже время Павлов нес и разные епархиальные должности. В 1881 г., после смерти Кустова, Павлов был назначен настоятелем собора и в этой должности пробыл более двадцати лет.

Современниками о. Павлова являются и два других протоиерея-законоучителя: в первой гимназии около полусотни лет законоучительствует и ныне здравствующий о. Павел Солнцев, автор "Очерка истории Харьковского коллегиума", известный не только по педагогической деятельности, но и по участию в епархиальном управлении в качестве члена консистории; во второй гимназии довольно продолжительное время обязанности законоучителя нес протоиерей Ив. Вертеловский, также академист, осужденный на преждевременный покой преосв. Амвросием.

Выдающимся по образованию священником был и о. Николай Лащенко, протоиерей, член духовной консистории, настоятель Троицкой церкви. Родился он в 1830, умер в 1896 г. Уроженец Харьковской губернии, о. Николай получить воспитание в Харьковской семинарии, а затем в Киевской духовной академии. Вся жизнь его - писал в 1897 г. проф. Д. И. Багалей - представляла из себя подвиг беспрерывного труда. Он не щадил своих сил, своего здоровья и всецело отдавался исполнению долга и общественному служению. Это был идеальный приходской священник - всецело преданный своей нелегкой обязанности, весьма образованный и даже ученый - и в то же время необычайно простой, обходительный, в высшей степени скромный и деликатный, непоколебимо твердый в своих убеждениях, независимый и настойчивый в требованиях нравственного долга - и в то же время в высшей степени гуманный, терпимый, совершенно лишенный того духа религиозной исключительности, который несовместима с истинно-христианским чувством и настроением, не уходивший в себя, близко стаявши к жизни со всеми ее подчас мелкими житейско-практическими требованиями - и в то же время сумевший сохранить в полной неприкосновенности свою нравственную чистоту, благодаря удивительному бескорыстие и полному равнодушию к житейским выгодам". Церковь, приход, консистория, законоучительство оставляли о. Николаю очень мало времени для отдыха, но и не многие часы своего досуга он не терял даром. На основании главным образом архивных данных им написана прекрасная монография о первом епископе харьковском, преосвященном Христофоре Сулиме. Другая крупная работа о. Николая посвящена преосвященному Филарету. Кроме того, ему принадлежит, несколько мелких статей и заметок, главным образом по местной церковной истории [21].

О. Аполлон Ильяшев много потрудился над созданием новой Благовещенской церкви. Некролог его приписывает ему инициативу в этом деле. Ильяшев, кандидат Киевской академии, в конце шестидесятых годов стал преподавателем Харьковской семинарии, известен своей педагогическою деятельностью и по семинарии, и по 2-й мужской гимназии, где он состоял законоучителем, и по школе Ю. Н. Ильяшевой. По составленной им Пасхалии до сих нор учатся семинаристы в большинстве русских духовных семинарий. В 1872 г. Ильяшев был посвящен в священники к Благовещенской церкви. Умер он в 1894 г. [22]

Рядом со священниками-академистами иногда очень крупную роль играли и люди без большого образования, но выдающееся по своим способностям. Таков был, напр. недавно умерший настоятель Дмитриевской церкви о. Иоанн Чижевский. Простой сельский батюшка, он сумел обратить на себя внимание начальства. Попав в Харьков, в настоятели Воскресенской церкви, он первый открыл в Харькове церковное попечительство, много писал и печатал статей и заметок о церковно-приходских распорядках, а по переводе в Дмитриевскую церковь сумел склонить прихожан на крупные пожертвования, результатом коих явилось полное обновление этой церкви, ставшей одним из красивейших храмов Харькова. Умер о. Иоанн в очень преклонных летах, осыпанный всяческими наградами до Аннинской звезды включительно.

В семидесятых и восьмидесятых годах видное положение среди местного духовенства занимал Семен Алексеевич Илларионов. Без высшего образования, в отдаленном Старобельском уезде о. Илларионов быстро сделал себе карьеру и в 1873 г. прямо из заштатного Беловодска перешел в Харьков ключарем к кафедральному собору, на место, опроставшееся со смертью о. А. Малиновского. Здесь он назначен благочинным городских церквей, а потом членом консистории. Власть и влияше у него были большие, и его голос в епархиальных делах очень часто имел решающее значение. Умер Илларионов в 1891 г [23].

Из других видных представителей духовенства пореформенного времени отмечаем таких, как о. Иоанн Федоров, настоятельствовавший в Михайловской церкви с 1848 по 1900 г. ; о. Вас. Лихницкий, выстроивший Москалевскую церковь и служивший в ней до своей смерти; о. Александр Федоровский, настоятель Николаевской церкви, о. Дмитрий Федоровский (Рождественская церковь), о. Г. Тимошевский (Святодуховская церковь).

При преосвященном Амвросии особенно видную роль в епархиальных делах играл ныне здравствующей член Государственного Совета, митроносный протоиерей Тимофей Иванович Буткевич. Магистр духовной академии, а впоследствии даже и доктор богословия, о. Буткевич получил по смерти о. Илларионова должность соборного ключаря, а затем, по рекомендации владыки - профессора богословия в Харьковском университете. Из других столпов епархиального управления этого времени упомянем о благочинном о. П. Полтавцеве и Гр. Виноградове, занявшем ключарскую должность после перехода Буткевича в университет.


[11] Филарет. II, 43 и 31

[12] Историко-статистич. описание Успенск. собора, 175-179.

[13] Харьк. Губ. Вед. 1879 г., Л 190.

[14] Буткевнч. Иннокентий Борисов, стр. 172-173.

[15] Буткевич. Истор. стат. опис. Харьк. Успен. собора, стр. 39-41 и 179-181.

[16] Историко-статистич. описание Харьк. Успен. собора, 183-186

[17] Лебедев. Кафедра богословия в Харьк. универ., 12-14

[18] И. Гораин. Харьк. Воскресенск. церковь, 49.

[19] Лебедев. Opus citatum., стр. 14-19.

[20] Лебедев. Кафедра богословия в Харьк. ун-те, стр. 19-22

[21] Д. И. Багалей О. Николай Лащенко X. 1897 г.

[22] Некролог А. 3. Ильяшева. X. 1894..

[23] Буткевич. Историко-статистич. описание, стр. 186-187.

Категория: Д.И.Багалей | 16.11.2007
Просмотров: 1754 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
avatar
Залогиньтесь
Поиск
Новости отовсюду
Статистика






Copyright MyCorp © 2017 Сайт управляется системой uCoz