Вторник, 12.12.2017, 08:36
  Фарисеевка...аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидите в Царствие Небесноe...
Меню сайта
Человек
Том Маршалл [12]
Правильные взаимоотношения
Генри Клауд, Джон Таунсенд [17]
Фактор матери
Сегодня
Чтения от Библия-центр

Богослужебные указания
Голосование
Какими версиями "Цитаты из Библии" вы активно пользуетесь?
Всего ответов: 191
200
-->
Друзья сайта

Библиотека святоотеческой литературы

Marco Binetti. Теология, филология, латинский язык.







Библиотека Якова Кротова



Богословский клуб Эсхатос

Главная » Статьи » Человек » Генри Клауд, Джон Таунсенд

Глава восьмая. МАТЬ — «ОХОТНИЦА ЗА СКАЛЬПАМИ»

потребность быть принятым   -  что нуждается в принятии   -  потребность в интеграции   -     -     -     -  последствия воспитания: проблемы общения   -  функциональные проблемы   -  эмоциональные проблемы   -  нынешние отношения с матерью

    С раннего детства Дэн Джонсон знал, что его мать Лиз гордится им. Друзья жаловались на отчужденных и не оказы вающих им достаточного внимания матерей, но Дэн этого просто не понимал — его мать всегда была рядом, подбадри вая его в любом начинании и радуясь успехам сына не мень ше, чем он сам. «Ты — победитель!» —– твердила она ему перед началом баскетбольного матча, и при такой поддержке Дэн отличался во всем: и в спорте, и в учебе, и в школьном совете. Мальчик рос, ощущая, что его любят и им гордятся. Но уже взрослым он начал припоминать прямо противополож ную реакцию матери.

    К примеру, во втором классе, когда ему не удалось получить главную роль в школьном спектакле, Дэн столкнулся с оборотной стороной материнского обожа ния. Лиз была разочарована. «Ты — Джонсон! — сказала она ему. — Джонсоны не проигрывают. В другой раз не подводи меня!». И она затеяла скандал с руководством школы, ярост но требуя от учителей отчета, почему они так отнеслись к ее ребенку. Эта история сбивала Дэна с толку. Все-таки кто был виноват в неудаче: он или учителя? Лиз палила из всех пушек по обеим мишеням.

    Кроме того, Дэну казалось, что мать как-то эгоистично относится к его успехам и норовит поведать о них всем под ругам. Как он ненавидел те дни, когда бридж-клуб собирался у них в доме! Мальчик пытался потихоньку прокрасться ми мо гостиной, выбраться на улицу, чтобы покататься с ребята ми на велосипеде, но мать уже подкарауливала его. «Расска жи-ка дамам о своем научном проекте!» — ворковала она и, сияя от счастья, наблюдала, как он развлекает честную ком панию.

    Иной раз в такие моменты Дэн подмечал на себе взгляд матери. Она разделяла его успех до такой степени, что вместе с ним шевелила губами. «Неужели она знает, что я скажу в следующую секунду?» — удивлялся он. Можно было поду мать, что выступает сама мать, а не он.

    Потребность Лиз быть «выдающейся» колебалась меж ду двумя способами выражения. Иногда ей было достаточно купаться в лучах славы Дэна, сознавая, что его достижения бросают яркий отблеск и на нее. Но в другие моменты ей тре бовалась хвала непосредственно за ее собственные заслуги, и тогда Лиз подбирала себе аудиторию — обычно своих же сы новей — и делилась с ней своими прежними и нынешними успехами. Тем ей хватало: ее внешность, занятия, друзья, ду ховный рост, оценки в высшей школе, мужчины, которым она нравилась, и т. д. Лиз рассказывала о себе со множеством подробностей, не жалея времени на изложение деталей и драматические паузы.

    Потребность Лиз в восхищенной публике возрастала к ужину, когда семье волей-неволей приходилось ее выслу шивать. Поскольку мать полностью узурпировала разговор, больше никто не имел возможности поведать о своих делах. Тогда муж и дети усвоили тактику вахтовой службы.

    Кто-нибудь из них должен был проявить заинтересо ванность в рассказе Лиз. Это был № 1. Лиз, польщенная и до вольная, начинала обращаться исключительно к этому собеседнику. Пока этот член семьи приносил себя в жертву матери, остальные могли спокойно поболтать. Когда же № 1 чув ствовал, что его терпение на исходе, он пинал под столом № 2, который «заступал на вахту» и принимался настойчиво упрашивать маму «рассказать, как понравилось всем ее пла тье». Лиз автоматически переключалась на № 2, а № 1, «сме нившись с вахты», радостно присоединялся к подлинному семейному разговору. Лиз не догадывалась об этой стратегии — родные любили ее и не хотели ранить ее чувства, но им нужно было найти какой-то способ, чтобы вытерпеть ужин за одним с ней столом.

    Чувства Дэна к матери не отличались устойчивостью. Какая-то часть его нуждалась в ее восхищении, которое по могало юноше продержаться в тяжелые периоды жизни. В колледже, когда его бросала подружка или он получал плохую оценку на экзамене, Дэн тут же звонил матери, и мать с готовностью принимала участие в разыгрывавшейся драме, браня профессоров и девушку, «которая попросту его не сто ила». Мать уверяла Дэна, что он самый умный и красивый мальчик во всем университете и что ему нужно лишь встре тить людей, которые смогут его понять. Она упорно повторя ла: «Ты — восходящая звезда. Сделай так, чтобы я гордилась тобой». Дэну это помогало — по крайней мере до следующего экзамена или до разрыва с очередной подружкой.

ПОТРЕБНОСТЬ БЫТЬ ПРИНЯТЫМ

    Отношения Дэна с Лиз подтверждают фундаментальную по требность человека быть принятым во всех аспектах своей личности. Нам нужно, чтобы в одни и те же отношения были вовлечены все наши подлинные склонности и черты характе ра; нужен человек, который позволит всем сторонам нашей личности соединиться в одном месте и в один и тот же мо мент времени; нужен дом, где мы будем самими собой, таки ми, какие мы есть. Как говорится в известной песенке из те лепередачи, «ты хочешь попасть туда, где все знают тебя по имени», т. е. каждому из нас необходим человек, знающий все стороны нашей личности.

    В подобном принятии нашего «подлинного я» мы нуж даемся в силу ряда причин. Когда мы понимаем, что любят именно нас самих, мы обретаем способность справляться с проблемами, возникающими в нашей жизни и в этом пад шем мире. Дети не подготовлены природой иметь дело с пе чальной реальностью человеческих грехов, неудач, утрат, слабостей и дурных поступков. Их потрясают и собственные проступки, и чужие, они не обладают инструментами, необ ходимыми для решения подобных проблем.

    Когда нас принимают, мы получаем важный сигнал: любовь — противоядие против всего дурного. Мир несовершенен, как и мы сами, но этот факт не отрезает нас от обще ния и близости с другими людьми. Наше несовершенство «нормально», мы можем терпеть и переносить собственные недостатки и недостатки других людей, не боясь утратить любовь. «Итак нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе» (Римлянам 8:1). Если нам не приходится бороться с ядом стыда, прятать свое истинное лицо или пре вращаться в перфекционистов, мы можем приложить уси лия к развитию своего далекого от совершенства «я». Это слабое «я» уже не погибает от осуждения и страха быть отверженным, но принимает благодать, в которой оно нуж дается для своего роста.

    Хорошая мать создает обстановку принятия, подготав ливая человека к выходу в реальный мир. «Посему прини майте друг друга, как и Христос принял вас в славу Божью» (Римлянам 15:7). Вот еще одна сторона наших отношений со Христом: Он принимает наши слабости и изъяны. Нам нет необходимости все время ходить по струнке и быть совер шенными, чтобы Он любил нас. На самом деле все обстоит с точностью до наоборот: сначала Иисус дарит нам Свою лю бовь и принимает нас, а затем мы обретаем способность к пе ременам и отказываемся от инфантильности. В итоге мы мо жем даже поделиться этой благодатью. Взаимно принимая недостатки друг друга, мы воздаем хвалу Богу, желающему простить нас.

    «Принимать» означает и «вбирать в себя». Когда мать принимает своего ребенка таким, какой он есть, она вбирает в себя все стороны ребенка, не отрицая его изъяны, не уходя от них и не осуждая их. Она выносит то, что сам ребенок еще не в силах вынести.

    Материнское принятие помогает ребенку встать лицом к лицу с реальностью. Младенец рождается с прямо-таки бо жественной уверенностью в себе. Любая мать может подтвер дить, что младенцы не только прелестны, очаровательны и милы, но также эгоцентричны и убеждены в своем всемогу ществе. Они ожидают, что вся окружающая среда будет всегда наготове, чтобы удовлетворить любую их потребность.

    Задача матери непроста: она должна удовлетворять подлинные потребности ребенка, его нужду в защите, любви и структурировании и в то же время постепенно вести ребен ка к смирению и отказу от «божественности», указывать ему на его несовершенства и учить его принимать и свои соб ственные изъяны, и изъяны мира. Пусть ребенок вопит и брыкается, в конце концов он поймет: «Я поступил плохо».

    Принятие и одобрение — это разные вещи. Одобрять нечто — значит признавать его благом. Мы не можем одо брить дурное. Мать принимает эгоистичность ребенка, его требовательность, его неудачи, она воспринимает их как дан ность и имеет с ними дело, но она вовсе не одобряет их. Одобрение только смутит ребенка, он перестанет понимать, что хорошо, а что дурно, что правильно, а что нет.

    Итак, принятие подразумевает две вещи: во-первых, мать подключается к подлинной личности ребенка и оживля ет разные стороны этой личности, как хорошие, так и дур ные. Во-вторых, она сдерживает эгоцентризм и самоуверен ность ребенка, помогает ему отказаться от идеалистических представлений о себе и мире. Этот процесс подготавливает ребенка к вхождению во взрослую жизнь с точным представ лением о своих силах и слабостях, позитивных и негативных, хороших и плохих сторонах своей личности. Не заостряя внимание на перфекционистских идеалах, ребенок получает возможность разобраться со своей реальностью и реальнос тью мира.

СТОРОНЫ ЛИЧНОСТИ, КОТОРЫЕ НУЖДАЮТСЯ В ПРИНЯТИИ

    Какие стороны личности ребенка нуждаются в принятии? Их несколько.

     Слабые стороны. Все мы несовершенны — это несо мненный факт. Как бы мы ни старались, мы не можем всегда быть такими, какими нам хотелось бы быть. Невзирая на все благие намерения, усилия воли и дисциплину, мы не можем «достичь всего». Именно слабость побуждает нас искать под держку в отношениях с другими людьми. Иисус называл та кое состояние «нищетой духа», и эта нищета на самом деле оборачивается сокровищем. Мы начинаем видеть себя таки ми, какие мы есть, отказываемся от гордыни и смиренно просим о помощи. Слабость соединяет нас с Богом и други ми людьми.

    Дети — это воплощенная слабость. Они гораздо мень ше взрослых, не умеют сами позаботиться о себе, почти пол ностью зависят от нас в повседневной жизни. Каждый день на ребенка обрушиваются серьезные проблемы и сложности, и всякий раз он должен обращаться к другим людям за удо влетворением своих потребностей. Хорошая мать принимает слабости ребенка, сострадает его хрупкости, идет навстречу его потребностям, эмоционально подключаясь к ним. Она подсказывает ребенку, что слабость допустима, и ребенок, поняв, что в глазах матери его слабость «хороша», обретает способность переработать ее в силу.

     Негативные стороны. Подрастая, дети начинают диф ференцировать позитивные и негативные стороны жизни. Они учатся не принимать какие-то вещи, возражать, порой конфликтовать. Это признак того, что человек начинает различать и определять свои ценности, противостоит дурному и отстаивает то, что считает благом. В этом процессе ребенок подчас становится настолько строптивым, что его не устраи вает все — от цветной капусты до режима дня.

     Посредственные стороны. Многие дети чувствуют, что их любят только как «приз » , т. е. мать сопереживает им лишь в те моменты, когда они чего-то достигают. Глаза матери вспы хивают, она становится оживленной, близкой, заинтересо ванной в делах ребенка. Счастье ребенка переходит в экстаз, но затем, когда вновь обнаруживается его заурядность, он уже не может привлечь к себе внимание матери.

    Дети должны знать, что для мамы они особенные даже тогда, когда ничем выдающимся не отличаются. Любой ребе нок часто терпит неудачу, и никто не в состоянии быть пер вым во всем. Причиной провала может стать и лень, и неспо собность, и злополучное стечение обстоятельств, и все три эти фактора сразу. Ребенку необходимо осознавать, что мать не меркнет никогда независимо от его достижений.

     Те стороны личности, которые не нравятся матери. Вы не поверите, но у ребенка могут быть и такие склонности, ко торые просто не нравятся его матери. Из-за проблем матери или ребенка или особых наклонностей и предпочтений матери ребенок может проявлять черты, которые не устраивают его мать. К примеру, у тихой, погруженной в себя матери растет буйный малыш, который гораздо охотнее играет в «войну», чем сл ушает книгу, устроившись у мамы на коленях. Эту сто ну его личности нельзя назвать ни дурной, ни хорошей, она просто не совпадает с ожиданиями матери. Задача матери — принять и такие стороны личности ребенка, подключиться к ним, насколько это для нее возможно, любить их и сдержи вать, а не уклоняться от них или осуждать лишь потому, что они не в ее вкусе.

     Плохие стороны. У ребенка есть и такие проявления, ко торые нельзя назвать просто негативными, потому что они греховны, эгоистичны, дурны. Эти особенности характера разру шительны для ребенка, и ему нужно помочь справляться с ними.

    Наши дурные черты, как и все остальные, тоже нужда ются во взаимодействии с миром, так как без подобного взаи модействия они не могут быть исправлены. Мать всегда назовет добро добром и зло злом, но она даст почувствовать ребенку, что он отнюдь не является чудовищем оттого, что в нем есть нечто дурное, и что с этим можно совладать. Мать не станет притворяться, будто не замечает этих сторон лич ности ребенка, но она не подвергнет осуждению самого ре бенка. Она поможет ребенку открыть эти дурные стороны мат ери, затем надежным друзьям и Христу, Который дарует прошение.

ПОТРЕБНОСТЬ В ИНТЕГРАЦИИ

    Дети нуждаются в человеке, который примет и их любовь к себе и к миру, и их ненависть. Первичная роль матери — лю бовь, и ей особенно трудно вынести напряженную нена висть, которую подчас испытывает к ней родное дитя. Однако ребенок отчаянно нуждается в том, чтобы мать поня ла и его ненависть так же, как она понимает его любовь.

    Если мать сумеет воспринять обе эмоции своего ребенка, противоположные стороны его личности начнут интегри ровать. Любовь ребенка умеряется реальностью, ненависть — близостью. В нем развивается способность ощущать амбивалентность отношений — любовь и ненависть. Благодаря этому углубляется и крепнет способность растущего человека к взрослой любви и зрелым отношениям.

    Если мать будет настаивать, что ребенок должен всегда быть «милым и любящим», любовь и ненависть так никогда и не встретятся. Ребенок не сможет установить полноценные отношения с самим собой и другими людьми: в его глазах все будут либо героями, либо злодеями — середины для него нет.

    — Не стоит проявлять негативизм, — упрекнула меня как-то моя знакомая Джин. — Нужно позитивнее относиться к жизни.

    — Джин! — взмолился я. — У меня третий день насморк, все суставы ломит. Может, это негативный факт, но это факт. Что ты предпочтешь услышать — негативную истину или позитивную ложь?

    Джин на мгновение призадумалась.

    — Позитивную ложь, — сказала она наконец, — Она меньше угнетает.

    Быть может, Джин просто надоело слышать мои жало бы на простуду, но ей следовало бы принимать и негативные стороны жизни, а не только позитивные. На этом мы прекра тили обсуждать мою болезнь, а я постарался чихать потише, чтобы не портить ей настроение.

ПОТРЕБНОСТЬ В ПРОЩЕНИИ

    Многие черты личности ребенка нуждаются в материнском прощении. Ребенок не в силах справиться со своими или чу жими изъянами. Он норовит либо отрицать свое несовер шенство, либо тут же отречься от него, либо каким-то обра зом вновь заслужить любовь. Дети не понимают, как можно обидеть человека и при этом не испортить отношения с ним.

    Мать задает модель процесса прощения. Она противо стоит деструктивному поведению ребенка, но не отказывает ему в близости и не ставит исправление ошибок условием для возвращения любви. Мать «списывает долги», т. е. осущест вляет подлинное прощение. «Будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе про стил вас» (Ефесянам 4:32). Сын должен будет заплатить из карманных денег за разбитое окно, но он по-прежнему «под ключен» к прощающей материнской любви.

    Таким образом мать учит ребенка прощать и других лю дей за их проступки, отказываться от мстительных побужде ний, когда друзья его в чем-то подводят, помогает ему устано вить отношения с обычными, далекими от совершенства людьми.

ПОТРЕБНОСТЬ НАУЧИТЬСЯ СКОРБИ

    Сталкиваясь с собственными недостатками или проступками, совершенными по отношению к нам, мы в первую оче редь испытываем желание их исправить. Мы злимся, суетим ся, чего-то требуем. Иной раз дела налаживаются, чаще — нет. Если ничего не получается, нам приходится смириться с реальностью некой утраты. Мы расстаемся с людьми, упуска ем какие-то шансы в жизни, теряем идеальное представление о себе.

    Чтобы совладать с утратой, неудачей, сознанием своего несовершенства, ребенок учится скорби. Скорбь — это про цесс расставания с тем, что мы удержать не в силах. В резуль тате мы сможем получить то, чего уже не потеряем: утешение, которое поддержит нас в скорби и поможет обрести мир. Хорошая мать учит ребенка плакать, получать утешение и прощаться с утратой. Она не обесценивает потери, говоря: «Не так уж это было важно» или «Подойди к этому позитив но». Она плачет вместе с детьми и скорбит, когда они скорбят. Так ребенок приучается прощаться с прошлым и жить дальше.

ПОДЛИННОЕ И ИДЕАЛЬНОЕ «Я»

    В каждом из нас заключено два «я», два эмоциональных представления о себе. Одно — это подлинное «я», то, кем мы являемся на самом деле. Другое — идеальное «я», то, кем мы хотим быть. Идеальное «я» включает в себя все наши мечты, цели, амбиции — все, чего мы мечтаем достичь. Сюда могут входить определенные представления об отношениях, соб ственном характере и карьере.

    Хорошая мать знает оба «я» ребенка, она любит и пита ет их, помогая ребенку жить в соответствии с его реальным «я» и стремиться к идеальному. Для того и существует идеал — он определяет желанное благо. При этом мать показывает ребенку, что его реальное «я» дороже для нее, чем идеальное.

    Когда же мать впадает в роковую ошибку и предпочита ет идеальное «я» реальному, предпочитает ребенка такого, «каким он должен быть», тому, который у нее есть, ребенок воспроизводит эту ошибку. Он стремится к совершенству, чтобы удержать близость и интерес матери. Идеал превраща ется для него в программу-минимум на день, в законное тре бование вместо отдаленной цели.

Быть «достаточно хорошим»

    Ребенку нужно знать, каково его реальное «я», но это еще не все: мы можем узнать себя и прийти в отчаяние, столкнув шись с «плохими» сторонами реального «я». Наше реальное «я» должно быть достаточно хорошим. Это не значит «быть настолько хорошим, чтобы заслужить любовь». Скорее на оборот; мать принимает все стороны личности ребенка, и ре бенок, реагируя на ее принятие, начинает благодаря мате ринской любви чувствовать себя «достаточно хорошим». Более того, материнская любовь заставляет утихнуть вечно терзающий душу вопрос: «Хороший я или плохой?». Ребенок не хорош и не плох — он любим.

БЛАГОЙ СТЫД

    Все мы нуждаемся в особого рода стыде, который напомнит нам, сколько нам недостает до идеала, к которому мы стремимся. Это и называется благим стыдом. Такое чувство по могает нам заметить, что мы не достигли цели, но в то же вре мя оно не обрекает нас на проклятие. Благой стыд испытыва ет человек, желающий поступать правильно, «но беззакон ник не знает стыда» (Софония 3:5). Этот вид стыда отличается от ядовитого или деструктивного стыда, который возника ет из ощущения, что мы слишком плохи и недостойны люб ви. Благой стыд сохраняет для нас статус любви, поскольку это предупредительный сигнал, заставляющий нас присмотреться к тому, как мы подвели любящего человека или со вершили иной безответственный поступок. Благой стыд привлекает наше внимание к нашим деструктивным поступкам и настроениям и побуждает исправить их.

    Хорошая мать учит ребенка исцеляться от деструктив ного стыда и подсказывает ему, как использовать благой стыд себе на пользу, помогает увидеть, кем ребенок может быть, а кем он является, и показывает дистанцию, отделяющую эти два «я» друг от друга. Ребенок может устыдиться того, как далеко отстоит он от идеала, но этот стыд не ведет к утрате люб ви. Благой стыд дает ребенку мотивацию для использования всего имеющегося у него потенциала.

ВОСХИЩЕНИЕ ИЛИ ЛЮБОВЬ

    Дети должны научиться отличать восхищение от любви. Можно подумать, что это одно и то же, но на самом деле эти чувства принципиально различны. Если мы кем-то восхища емся, это значит, что на нас произвели впечатление способ ности или какие-то положительные качества этого человека. Восхищение возносит свой объект на пьедестал, но в то же время оно устанавливает дистанцию между людьми: нельзя достичь близости с человеком, которому вы поклоняетесь.

    Но если вы любите человека, то вы любите его цели ком, со всеми его хорошими и плохими качествами. Любовь охватывает всю душу любимого. Вы не можете восхищаться чьей-то слабостью, но вы можете ее любить.

    Хорошая мать принимает ребенка целиком и восхища ется в нем тем, что достойно восхищения. Она сохраняет реа листичный взгляд на позитивные и негативные черты его характера и помогает ребенку получить точное представление о самом себе. «Не думайте о себе более, нежели должно думать; но думайте скромно» (Римлянам 12:3). Мать не считает, что ребенок идеально выполняет все, за что бы он ни взялся. Таким образом, она предохраняет его от зависимости от аплодисментов и похвал, которых он может и не дождаться в реальном мире. Мать дает ребенку мотивацию любовью, и он становится невосприимчивым к соблазнам лести.

ДВА НАРУШЕНИЯ ПРИНЯТИЯ

    Если мать не в состоянии принять и исправить «плохие» сто роны ребенка, она выбирает один из двух неверных подхо дов, которые лишают ребенка способности исправлять свои «плохие» стороны, прощать и интегрировать плохие и хоро шие стороны воедино.

     Отрицание. Некоторые матери не желают признавать, что у их детей вообще существуют плохие стороны. Они бу дут утверждать, что у малыша нет никаких проблем и дур ных качеств. Отрицание может быть активным или пассив ным.

    Активно отрицающая мать четко формулирует: «Ты во все не сердишься (не грустишь, не капризничаешь)» или «Плохие оценки — вовсе не твоя вина, все дело в этой ужасной школе». Таким образом она либо отрицает наличие про блемы, либо снимает с ребенка ответственность за нее. Пас сивно отрицающая мать сводит к нулю плохое и старается от влечь от него внимание. Она может сказать что-то вроде: «Все пройдет, если только ты не будешь на этом зацикливать ся» или «Подумай о чем-нибудь хорошем». В любом случае ребенок вынужден отрицать какую-то часть реальности или обсуждать ее с другими людьми, а не с мамой.

     Осуждение. Есть и другой вид деструктивного подхода к плохой стороне ребенка — осуждение. Речь идет не просто о том, что в ребенке есть нечто плохое — это оценка, а не осуж дение. Осуждение в том смысле, в каком я использую этот термин, подразумевает отвержение, «вечное проклятие». Осужденная часть личности ребенка отвергается, и на нее на правляется ненависть. Мать как бы говорит: «Эта часть тебя слишком дурна, чтобы ее любить». В таком случае ребенок инкорпорирует ненависть и чувствует себя осужденным на веки всякий раз, когда эта сторона его личности дает о себе знать.

    Вот почему столько людей испытывают чувство вины и ненависти к себе, когда пытаются возразить кому-либо, утвердить свое «я» или допускают ошибку. К этим сторонам их личности подключена негативная «память матери», и они не могут воспринимать эти аспекты своей души без сопут ствующей им ненависти к себе.

ПОСЛЕДСТВИЯ ВОСПИТАНИЯ МАТЕРЬЮ — «ОХОТНПЦЕЙ ЗА СКАЛЬПАМИ»

    Если у вас была именно такая мать, вы можете испытывать некоторые из перечисленных ниже симптомов.

Симптомы, проявляющиеся в процессе общения

     Стараться для других . Выросшие дети «охотниц за скальпами» часто старают ся как можно лучше подать себя при общении. Можно ска зать, что другой стороной своей личности они и не распола гают. Они изо всех сил стремятся угодить партнеру и ни в чем его не разочаровать, они всегда начеку, чтобы не допустить ошибку и не обнаружить свои недостатки.

    Разумеется, желание ничем не задеть друга — вполне благородная черта, но этих людей волнуют не столько чув ства собеседника, сколько стремление нравиться, страх на влечь на себя гнев, разрушить свой образ «хорошего человека». Основным двигателем для них является стыд (токсичная форма), они живут в постоянном страхе, как бы кто-нибудь не разоблачил их подлинное «я».

    Люди, старающиеся удержать маску «хороший я», зача стую находят способ удовлетворить также свою «темную» сторону. Наряду с «приличными» друзьями, которым они де монстрируют свое «хорошее я», они обзаводятся «дурной компанией», где могут быть самими собой, не скрывая своих изъянов. Больше всего они страшатся ситуации, в которой эти два круга знакомств пересекутся.

     «Восхищайся мной — и все тут» . Если мать не обращает внимания на недостатки ребен ка и не сдерживает его самоуверенность, в ребенке может развиться нарциссизм. Нарциссист сосредоточен на себе и хочет, чтобы к нему относились не просто как к уникальному, а как к особому творению Божьему. «Дивно и чудно устроен» — эти слова псалмопевца (см. Псалом 138:4) говорят о том, что Господь создает каждого из нас по отдельности тщательно и обдуманно, но это вовсе не значит, что кто-то вправе без очереди купить билет в кино.

    Ребенок-нарциссист повышенно требователен и стре мится выделиться в любой ситуации и любых отношениях. Заурядность, общий, средний уровень — это не для него. Когда такая девочка становится женщиной, она рассчитыва ет на лесть и хвалу сотен поклонников.

    Эта привычка особенно разрушительно сказывается на браке, поскольку жена рассчитывает, что супруг станет так же превозносить ее при всяком удобном случае, как это делала мать. Муж, конечно, постарается воздать хвалу любому ее де лу и достижению, но этого не будет достаточно: нарциссист ненасытен, «черную дыру» потребности в подкреплении ни что не может заполнить. Такая женщина была бы рада пре вратить супруга в зеркало, отражающее и преумножающее ее славу.

    Нередко бывает так, что мужу приходится обратиться к специалисту еще прежде, чем жене. Супруг сгорает, куря же не фимиам, впадает в депрессию или замыкается в себе. Он готов сдаться, а жена по-прежнему требует особого отношения к себе и уверяет, что вся проблема сводится к недостаточ ному вниманию к ней со стороны супруга: «Он меня не пони мает». Беда в том, что как раз понимает и чересчур хорошо понимает, но уже не может играть роль новой, усовершен ствованной мамочки — «охотницы за скальпами».

     Человек-зеркало . Дети таких матерей не только сами постоянно нужда ются в «зеркале», подставленном другим человеком, но и всегда готовы сами послужить зеркалом. Они попадают в замкнутый цикл, то получая лесть и хвалу со стороны, то усердно выявляя «положительные качества» других людей. Их привлекает нарциссический тип, описанный в предыду щем разделе.

    «Что ж тут плохого, если человек столь позитивно на строен по отношению к друзьям?» — спросите вы. Да ничего. Нам даже предписано: «Что только добродетель и похвала, о том помышляйте» (Филиппийцам 4:8). Но человек-зеркало совершает две ошибки: во-первых, укрепляет идеализиро ванное мнение человека о себе, а во-вторых, отрицает несо вершенное «я». Под маской поощрения он на самом деле препятствует человеку осознать ту реальность, которую он должен встретить лицом к лицу, чтобы изменить себя и воз расти духовно.

    «Зеркало» страдает скрытой формой нарциссизма, та кой человек тоже стремится к блеску и превосходству, но опосредованно: он заимствует их у людей, которых «отража ет», и надеется, что лучи их славы падут и на него. Вот почему все друзья, сотрудники, родственники оказываются «лучши ми на свете» — звездная болезнь переносится на них, и это избавляет от необходимости признавать в себе эту проблему.

Функциональные симптомы

     Перфекционизм . У выросших детей «охотницы за скальпами» достаточ но рано обнаруживаются перфекционистские тенденции. Из-за внутренней потребности стать хорошими и совершен ными и из-за страха оказаться плохими эти люди не оставля ют себе права на ошибку. Часть из них достигает высокого уровня ответственности, становясь хирургами, крупными менеджерами, юристами; другие же до такой степени парали зованы страхом перед неверным шагом, что не способны до стичь какой-либо профессиональной цели. Учеба на соб ственных ошибках — для них чересчур болезненный опыт. Талантливый и энергичный человек, в силу каких-то стран ных причин не способный довести до конца свои творческие планы, — вот результат воспитания матерью — «охотницей за скальпами».

     Рабочее место — не театральные подмостки . Дети таких матерей переносят ожидания похвалы и по иски «зеркала» на рабочее место. Мама хвалила их за все до стижения и восхищалась ими, но коллеги и начальники гото вят этим людям жестокое разочарование.

    Дэн, о котором мы говорили в начале этой главы, мо жет послужить этому примером. Его карьера сложилась совсем не так, как они с мамой рассчитывали. Он из тех ребят, что от природы наделены «восьмицилиндровым мотором», а в ход пускают в лучшем случае «два цилиндра». Он учился на юриста, но так и не получил степень бакалавра и занялся тор говлей. Ему удавалось прекрасно ладить с клиентами, но вот начальники… Завершив распродажу, Дэн мчался к боссу по казать ему цифры, рассчитывая на триумф, а босс, ехидно глянув на него, говорил лишь: «Что ж, неплохая работа. Действуйте так и дальше». Дэн все время испытывал разоча рование, доходившее до подавленности. Только мама умела праздновать каждое добытое им очко.

     Утаивание ошибок . Если у Дэна выходил убыток, возникала другая ситуа ция. Прежде всего он пытался скрыть ошибку, когда же его уличали, он старался свести проблему к минимуму: «Что за беда, это просто недоразумение». Постепенно становилось ясно, что Дэн допустил серьезный промах, и его призывали к ответу. Он взрывался и начинал кричать, что эта работа ему не подходит и что начальник не проявляет ни малейшего по нимания. Дэн не умел признавать свои ошибки, учиться на них и таким образом строить свою карьеру.

Эмоциональные симптомы

     Депрессия . Выросшие дети «охотницы за скальпами» часто впада ют в депрессию. Любой провал в личной или профессиональ ной сфере обнаруживает страшную реальность: они не спо собны к той идеальной жизни, на которую рассчитывали. Неудавшийся брак, развод, ссоры с детьми, трудности на ра боте — все это вдребезги разбивает мечту. У этих людей нет «мускулов», которые помогли бы им справиться с неудачей, и потому они попадают во власть депрессии, их охватывает от чаяние от того, какими они оказались на самом деле. «Надежда, долго не сбывающаяся, томит сердце» (Притчи 13:12). Их прекрасные надежды чересчур долго не сбывают ся, и сердца их истомились.

     Тревога, стыд, вина . Да, бремя ребенка «охотницы за скальпами» вынести нелегко. Ему приходится все время беспокоиться, не подво дит ли он маму, себя, других людей. Ему чудится, что ожида ния всех людей сосредоточены на нем одном, он постоянно испытывает стыд и чувство вины, лихорадочно стараясь до стичь совершенства. В глубине души такой человек понима ет, что почти вся его жизнь — обман и что никто не догадыва ется о его истинном, глубоко скрытом «я». Он постоянно тер зается из-за этого.

     Вредные привычки и зависимость . Как мы указывали ранее, вредные привычки и разного рода зависимости служат для временной анестезии болез ненного восприятия реальности. Человек, воспитанный «охотницей за скальпами», склонен развивать зависимость от наркотиков, пищи, секса или других веществ и типов по ведения. Это происходит по двум причинам: во-первых, это отвлекает его от мысли о том, кем он стал, от всего дурного и всех неудач, которые он не может себе простить; во-вто рых, отклонения в поведении оказываются единственным убежищем, где он чувствует себя самим собой. Многие нар команы во время лечения объясняют, что, только приняв дозу, они перестают тревожиться из-за своего несовершен ства. Наркотик дает им принятие и прощение, которые они не получили от матери.

Духовные симптомы

    Людям, воспитанным «охотницей за скальпами», труд но дается близость к Богу. Им кажется, например, что, если Бог действительно знает их, Он не может их любить, а если Он их любит, значит, не догадывается о том, насколько они плохи в глубине души, — иначе Он их возненавидел бы.

    Всепоглощающее ощущение своего несовершенства мешает такому человеку увидеть свет Божьего прощения и благодати. Он таится, стыдясь и страшась Его гнева, старает ся вести себя как можно лучше, чтобы угодить Ему, а то и во все сомневаясь в Его существовании. Как поверить в Того, Кто любит его «любовью вечною» (Иеремия 31:3) и принима ет его изъяны, не отрицая их и не отвергая его? Такая любовь принимает все плохое в человеке — неприкрытое, неприкра шенное — и складывает грехи к окровавленному подножью креста.

НЫНЕШНИЕ ОТНОШЕНИЯ С МАТЕРЬЮ

    По мере того как ребенок «охотницы за скальпами» вы растает, что-то меняется, а что-то остается прежним. Мать все так же требует, чтобы «малыш» давал ей повод для гордости, и, хотя речь давно уже идет отнюдь не о роли в школьной постановке, выросшие дети по-прежнему пытаются ублаго творить маму.

    Они все еще несут домой добытые ими «скальпы», даже если поселятся за тысячи миль от матери. К примеру, полу чив повышение по службе, муж спешит разделить радость не с женой, а с матерью. А если в браке возникают какие-то не доразумения, он опять обращается к матери за подтвержде нием своей правоты. «Она могла сказать тебе такое? Она про сто не понимает, какой ты замечательный!» Ему кажется, что он получил поддержку; он не понимает, что променял чело века, любящего его истинное «я», на того, кто восхищается его придуманным «я».

    Иногда выросшим детям «охотницы за скальпами» ка жется, что мать их предала. Вместо «

Категория: Генри Клауд, Джон Таунсенд | 20.11.2007
Просмотров: 2160 | Рейтинг: 4.0/1 |
Всего комментариев: 0
avatar
Залогиньтесь
Поиск
Новости отовсюду
Статистика






Copyright MyCorp © 2017 Сайт управляется системой uCoz